Обреченные осколки (СИ)

А потом умоляюще уставился на Эрина поверх её макушки. Успокоить Алису могло только отбытие дочери и мужа. Сейчас она никак не могла взять себя в руки. А потом их уход станет свершившимся фактом. Ну а свершившийся факт всегда легче принять, чем пугающую неизвестность.

Эрин всё понял правильно. И тут же принялся торопить спутников.

Подойдя к монументу, он сварливо и громко сообщил:

— Ну давайте уже… Раньше выйдем, раньше вернёмся! Сколько можно прощаться!..

Алиса нехотя выпустила мужа и дочь из объятий. Игорь быстро обнял Лизу и Ваню, поцеловал в щёки и потрепал по светлым макушкам.

— Ведите себя хорошо! — строго сказал он. — Маме одной будет тяжело!

— Вы скоро вернётесь? — с надеждой спросила Лиза.

— Как получится, маленькая… — Игорь расстроенно поджал уголки губ, глядя, как насупились младшие.

Хотел бы он сказать, что скоро вернётся… Но сам не был в этом уверен. Снова обняв жену, он буквально силой вырвался из её рук. А затем схватил Веру за ладонь — и тут же устремился к нюхачу, который раздражённо бурчал под нос и закатывал глаза.

Впрочем, не надо было быть великим знатоком психологии, чтобы понять: Эрин продолжает играть на публику. Всего лишь пытается избавить Игоря от долгих прощаний. Стоило правителю и его дочери подойти, как седой перестал недовольно морщить лоб. И, не теряя времени, сделал знак закрыть глаза.

Темнота… Ощущение тонкой нити, связывающей с границами узла… Рывок…

И вот уже все трое стоят в облаке клубящегося тумана. Ни утренней прохлады, ни дуновения ветра.

— Пошли! — Эрин призывно махнул рукой, устремляясь вперёд. — Не отставайте!

Туман перед ним завертелся, будто смерч, вытягиваясь всё дальше и дальше. Впереди, прямо Эрину под ноги, выплывали новые и новые плиты. Игорю осталось только потянуть дочь за руку, направляясь вслед за нюхачом.

Идти пришлось довольно долго. В отличие от Лёдного, туманная граница Узла Священной Пирамиды оказалась очень широкой — и даже, если можно так сказать, толстой.

А только по ним судить и оставалось. Ведь ощущение времени — это единственное, чем можно было мерить путь на Туманных дорогах."

"Когда они, наконец, вырвались к ближайшей дороге, Игорь поразился, насколько же она отличается от тех, которые проходили у Лёдного.