Дмитрий Коваль

Минимум мебели: широкая кровать куда больше привычной двуспальной, две тумбочки по бокам с необычными продольными светильниками. Ковер перед кроватью. И… всё. Ни кресел, ни трюмо. На стенах тоже ни одной картины, фотографии так же отсутствовали.

Зато имелись решетки на окнах."

"И вот это было не просто плохо.

Ирина прижала ладонь к губам. Кричать она не собиралась.

Бесполезно.

Реагировать адекватно тоже больше не могла.

Она заставила себя отойти от двери. Если в комнате никого нет, то зачем её сюда привели?

Она так поняла, что здесь её будет ожидать Дмитрий.

Но никого не было.

Или…

Её взгляд повторно лихорадочно осмотрел комнату.

Нет, она не ошиблась — никого.

Была ещё одна дверь, в смежную комнату. Скорее всего, там располагалась ванная. Ирина остановилась в нерешительности. Идти или оставить всё как есть? Остаться там, где стоит?

Последний вариант был сам по себе хорош, если бы не одно «но». Ирина отработала смену, набегалась по залу, усталость брала своё. Адреналин адреналином, но усталость брала своё.

Было бы кресло, безоговорочно упала бы в него.

Была лишь кровать. На неё тоже можно, конечно, прилечь. Ирина сразу же откинула эту мысль прочь.

Нет и всё тут.

Снова посмотрела на смежную дверь. Смотрела долго, не отрываясь, не меньше двух минут.

Потом направилась к ней, не веря до конца, что это делает. Шла Ирина осторожно, стараясь не шуметь, двигаться максимально бесшумно. Её вели инстинкты, в том числе потребность убедиться, что она одна.

Пусть она будет одна…

Пожалуйста… Пожалуйста…

Ирина подошла к двери; осторожно, словно боясь обжечься, взялась за ручку.

Повернула её.

Дверь поддалась.

Открывала её Ира тоже не сразу. Вспомнила поведение Коваля. Тот осторожничал, значит, была причина. Она знала эту причину, но отказывалась верить, принимать.

Ванная тоже оказалась большой — больше, чем её спальня в доме. Выполненная вся в серо-белых тонах, и это невольно заставило Ирину заволноваться сильнее.

Поэтому не сразу заметила своего сталкера.

Возможно, и не заметила бы даже, развернулась бы и вышла, если бы не сдержанный стон, который привлек её внимание и заставил встрепенуться, вернуться к реальности.