Очень хорошая ассистентка очень плохого босса

Меня будто молнией насквозь пронзает, и я с огромным трудом не одёргиваю руку, не вскакиваю со стула и не трясу дрожащей конечностью в воздухе. Окатило меня жаром конкретно. Не знаю, каким чудом сдерживаюсь, но вздрагиваю ощутимо.

И Варвин это замечает. Мне только неясно, почему он решает, что это какой-то тайный знак и теперь меня нужно постоянно трогать? Он обнимает меня за плечи и притягивает к себе. И не вырвешься! Приходится, наоборот, положить ему голову на плечо — для достоверности.

Но это полбеды! Аська, чтобы замять неудобный вопрос про жениха, хватает свой телефон, открывает мессенджер и показывает всем фотку, которую я ей отправила.

— Гордей, признаться, я тебя даже не сразу узнала. На фото ты совсем другой, — смеётся подлая сестрица, увеличивая изображение.

— Ха, мужик! Похоже, твоя Лада любит брюнетов! Но, надо сказать, тебе идёт парик и эти огромные розовые очки, — подпевает ей Макс, — ты выглядишь как придурок!

В ресторане играет спокойная музыка, чинно расхаживают официанты… Обстановка вполне может сойти за мои поминки.

— Я просто не хотела, чтобы до знакомства с родителями кто-то тебя увидел и сглазил. Ты у меня лучше всех, дорогой, — нежно говорю Варвину и глажу по щетине.

Зрачки босса заполняют серую радужку тьмой, и мне даже дышать становится тяжело. Вот сейчас и прибьет.

— Ну что ты, Оладушка моя, я прекрасно знаю, что ты от меня без ума, — мурлычет босс зловеще, так чтобы все слышали. — Ведь столько сил приложила, чтобы отбить меня у бывшей.

Я щурюсь предупреждающе. Зря его в ту сторону несёт. Ох зря.

— У Миры Пунш, что ли? — ахает Аська недоуменно.

Я резко перевожу на сестру взгляд, сигнализируя, чтобы заткнулась и не продолжала. Похоже, Варвин не в курсе, насколько популярен в сети, и поэтому не только сотрудники фирмы могут интересоваться его личной жизнью по долгу службы, но и любые мимокрокодилы.

— Ты про повара? Сплетни, — беззаботно отмахивается босс. — Но мы же почти родственники, можем говорить открыто.

Кошмар! Снежный ком лжи разрастается с катастрофической скоростью.