Обреченная невеста. Чужая судьба (СИ)

– Пой ведьма, и прими наш Дар, – одна из жриц шагнула вперёд, касаясь ладонями груди, и между белоснежными пальцами искрящейся лентой проскользнул золотистый огонёк."

"Крохотный, едва заметный… Казалось, малейшее дуновение ветра может затушить его, и поддавшись неведомому порыву, я призвала Силу крыльев, наполняя подарок призрака хрустальной магией.

Вспышка! И тлеющая искорка превратилась в столб пламени, а через миг жрица поклонилась мне и бесстрашно шагнула в него, с улыбкой растворяясь в зачарованных всполохах.

– Леди Ирэльена, мы принимаем твою душу! – голоса сирен прошелестели подобно приливу, а к искрящемуся столпу пламени шагнул следующий дух, с точностью повторяя ритуал и выкупая свободу за искорку Мёртвого пламени.

Всё эти годы жрицы хранили последние всполохи артефакта в своих сердцах, ожидая ту, что сумеет разжечь костёр из тлеющих углей.

***

Дорогие читатели, я принесла ещё немного визуала)) Примерно так мне видятся души жриц, которых освобождает Лена.

ГЛАВА 17.7

Эрельена, Вильена, Лальена… Имена проносились с быстротой горной реки, а ритуальные речи сирен переплетались с моим пением, разливаясь по храму симфонией Смерти и Перерождения.

Древний артефакт входил в полную Силу, а жуткие, пробирающие до костей, вопли плакальщиц становились всё тише. Скарлет и её слуги теряли позиции с каждой освобождённой душой, зато за моей спиной множилась невидимая армия.

Призраки щедро благодарили за помощь, делясь не только магией, но и мудростью. Проходя сквозь бушующее Пламя, они дарили мне частичку себя, отдавая одно короткое, но безгранично ценное воспоминание о ритуалах, проводимых в храме до трагедии, магических законах этого мира, и редких плетениях, способных усилить Завесу и ослабить Повелителя чудовищ.

Я жадно впитывала новые знания, шаг за шагом воскрешая Сердце храма и чувствуя, как моя хрустальная энергия всё теснее переплетается с магией Мёртвого пламени.

Вначале это пугало… Казалось, ещё немного и я уйду вслед за призраками, навеки заблудившись во мгле и холоде проклятого Лабиринта, но каждый раз, когда доходила до грани, татуировка пары оживала, наполняя тело энергией Вольгарда.

Живой, искрящейся, сотканной из огня и тепла Верхнего мира. Эмоции дракона оплетали уютным коконом, защищая от промозглой сырости и сияя для меня путеводной звездой.