Обнаженная для герцога (СИ)

Дамиан целовал мои неподвижные губы, и я вдруг поняла, что он верит мне. А ещё — он не будет извиняться.

Не будет. Как и я не буду.

Я уж точно не буду просить прощения за две пощёчины.

Со всей отчётливостью я понимала, что это единственный раз, когда король Дамиан позволил ударить себя. Но зато я чувствовала, что он поверил мне. Как я верила ему, что я действительно у него единственная.

И тем не менее, Дамиан просил прощения.

Да, просил. Но не словами. Иначе.

Он целовал иначе. Отпустил мои запястья, погрузился пальцами в мои волосы, удерживая мою голову в ладонях, опёрся на локти и удобно расположился между моих раскрытых от его мягкого давления бёдер.

Дамиан заполнил меня нежно и неотвратимо, тягуче медленно задвигался во мне, продолжая целовать, поглаживать под волосами, а я…

А я всё же расплакалась, обняла его за спину, и подалась навстречу ему, раскрывая губы, целуя его в ответ, позволяя ему брать меня. Любить меня.

* * *— Почему позволил себя ударить? — спросила я.

Мы лежали на мягкой траве после странной и очень нежной близости, ощущавшейся особенно остро после разлуки и бурного выяснения отношений.

Я разнесла дом, поэтому Дамиан овладевал мною прямо на траве у озера. Мне было всё равно. Главное, с ним. Главное, смотреть в его глаза и чувствовать его.

И сейчас, когда он лежал на спине, а я уютно устроилась щекой у него на груди, закинув ногу ему на бедро, я ждала ответа.

Дамиан молчал, и я приподнялась, опершись подбородком на его грудь, заглянула в глаза и вопросительно подняла брови.

— Позволил? — наконец, спросил Дамиан, усмехнувшись. — Это было так очевидно?

— Да, ты в любой момент мог перехватить руку, я видела. Ты намного быстрее меня. Не говоря уже о щитах. Почему позволил?

Дамиан приподнялся, закинув руку за голову, задумчиво посмотрел на меня, а потом улыбнулся.

— Знаешь, какой первый удар я пропустил за всю жизнь?

Я пожала плечом.

— Откуда я могу это знать?

Дамиан обнял меня чуть крепче, погладил по волосам.

— От тебя, Лия.

Я удивлённо посмотрела на него.

Он мечтательно улыбнулся, я аж залюбовалась: это невозможно, какой он у меня красивый…

— Я всю жизнь гордился тем, что никто ни разу меня не мог ударить, — прищурившись, стал рассказывать он. — Ни разу. Я бывал в разных переделках, в стычках на границе как боевой маг бывал неоднократно. Было, что один против полусотни боевых магов выходил…

Дамиан усмехнулся:

— Да уж, то была передряга так передряга. Думал всё, там и лягу. Но нет. Всех один раскидал.