Обольстительница в бархате

Стоило Саймону принять девочку, как та широко открыла глаза и точно так же широко открыла рот. И издала пронзительный вопль.

— Нееет! Пусти! Пусти! Мне мокро! — Девочка принялась вырываться, колотя его руками и ногами. Она была слишком мала, чтобы сделать ему больно, но это чертовски раздражало. Его так и подмывало откликнуться на ее просьбу и скинуть малышку с рук. В ближайшую лужу.

— Прекрати верещать, — приказал он. — Тебя пальцем никто не тронул.

— Я промокла!

— Идет дождь. Если не хотела промокнуть, нечего было бегать под дождем.

Она опять зашлась в крике.

— Лучше отдайте ее мне, — предложила Леони.

— Она весит стоуна четыре, — сказал Лисберн. Потом обратился к девочке: — Замолчи! Нельзя себя так отвратительно вести. Тебя никто не обижает. И мы собираемся как можно скорее отправить тебя туда, откуда ты появилась. Я — Лисберн. А тебя как зовут?

Девчонка продолжала вопить, вырываться и брыкаться.

— Это становится утомительным, — вздохнул он и крикнул: — Винс, не глупи! Брось раскладывать верх коляски, лучше принеси мне зонт.

"Грум вручил ему зонт, а потом бегом вернулся к экипажу.

— Мисс Нуаро, окажите любезность, подержите зонт над нами. Нужно придумать, как вернуть это исчадие ада ее нянькам.

Дождь продолжал лить. Правда, стал ослабевать. Но в любом случае они уже промокли насквозь. Начнись сейчас ураган, Лисберн отдался бы на его волю, лишь бы не видеть этого отвратительного ребенка.

— Она выскочила из аллеи, — вдруг сообразил он. Две пешеходные аллеи сходились у Камберлендских ворот.

— Да, — подтвердила Леони. — Если бы девочка выскочила у меня из-за спины, я бы не увидела ее, пока она не оказалась на дороге.

Мисс Нуаро правила коляской очень внимательно, потому что маркиз предупредил ее об этом. И ей хватило сообразительности сразу остановить лошадей. Паника захлестнула ее, когда она увидела ребенка, но Леони не растерялась окончательно.

Однако она была в панике из-за ребенка и чуть не погибла сама, спасая маленькую мерзавку.

— Посмотри, что ты наделала, — сказал Лисберн орущей девочке, которая не обращала на него никакого внимания. — Ты испортила прекрасное платье мисс Нуаро.

— Нееет! Пусти меня! Я вся мокрая.

— Я ведь все-таки портниха, — перекрикивая ор, сказала Леони. — Сошью другое.

— Но платье не будет таким же, — возразил Лисберн. — Оно уже будет по завтрашней моде. А мне нравится это.