Обольстительница в бархате

— Вы поэтому сюда и приехали? — спросила она. — Чтобы приятно провести время?

— Конечно, нет. Я приехал, потому что девушки из вашего ателье сказали, что вы находитесь здесь, а мне нужно было посмотреть, что тут у вас происходит.

— Мне хотелось взглянуть на свою новую клиентку. Узнать, как она смотрится в костюме для прогулок в экипаже, — сказала Леони. — Я опоздала к ее первому появлению, но слышала, как мужчины говорили о ней в самых восторженных тонах.

— Ничего удивительного, — заметил он. — Ее отец никогда терпеть не мог неопрятно одетых верховых.

— Леди Глэдис поразительно умна, — продолжала Леони. — Мне стоит лишь намекнуть, и она выбирает совершенно новую стратегию поведения.

Краем глаза она увидела, как лорд Лисберн хитро посмотрел на нее."

"— Я слышала, лорд Боулсворт — блестящий стратег, — не унималась Леони. — Она говорила, что отец командовал ею, как своим полком. Это объясняет некоторые особенности леди Глэдис, которые люди считают несносными. Девушку воспитали в более или менее военном духе.

— Какие еще приемы? Прочитать вслух похабщину в «Олмаке»?

— Не было никакой похабщины. Не впадайте в истерику.

— Я утратил дар речи, когда прочитал об этом в «Обозревателе».

— Попробуйте быть рациональнее, — сказала она. — Если леди Глэдис совершит что-то предосудительное, ее вышвырнут вон из клуба. Патронесс «Олмака» запугать невозможно, пусть даже ее отец герой войны и, как мне говорили, человек, которого все боятся.

— Мисс Нуаро, вы хоть представляете, о чем эта «Лисистрата»?

— Разумеется, — кивнула Леони. Она ничего не знала о лошадях, но во всем остальном ее образованность ни в чем не уступала образованности английских леди, а в чем-то даже превосходила их уровень. Ей кое-что известно о Пелопоннесских войнах, и она знакома с комедиями Аристофана. — И, конечно, леди Глэдис вела себя осмотрительно, пожилые дамы, в особенности замужние, очень развеселились.

— Судя по всему, она вышла сухой из воды. Но это весьма рискованная стратегия.

— Привычные методы ей не подходят, потому что она не похожа на других. Ее не научили вести себя скромно и уступать мужчинам или держать свои мысли при себе. Для нее не существует внутренних преград, не то что для остальных девушек.