О смертельных схватках и их победителях (СИ)

Спустя мгновение в три удара моего сердца, Гаэр-аш все так же не оборачиваясь глухо произнес:

— Извини.

Я стояла с широко распахнутыми от потрясения глазами, сердце заколотилось как птица в силках, ладони взмокли, но хоть не дрожали больше, и почему-то отчаянно захотелось остаться одной и дать волю слезам… Только в комнате Норт, он встревожится. А в кабинете ректора… отчим.

И вместо того, чтобы уйти, едва слышно спросила:

— Зачем он здесь?

Лорд Гаэр-аш, продолжая стоять вполоборота отвернувшись от меня, сухо ответил:

— Для передачи прав опекунства.

Что?! Я даже не сразу поверила услышанному, но так как ректор шутить не умел, то следовало понимать, что и это вовсе не шутка. К слову — за один день вызвать лорда Дане не представлялось возможным, значит в столицу седьмого королевства его давно вызвали. Отчим ведь не маг, следовательно, портал ему недоступен, и вряд ли ради его персоны некроманты поднимали драконов. Значит, мой опекун здесь давно находится, либо был вызван не менее трех недель назад.

— Предвосхищая твой вопрос, — лорд Гаэр-аш развернулся и посмотрел на меня своими нормальными темно-серыми глазами без всяческих огненных всполохов, — для передачи прав опекунства мне.

Я поняла, что сейчас закричу. Просто закричу и забьюсь в истерике. Тьма меня побери, я была готова уже сейчас полежать на этом испещренном запрещенными знаками полу, лишь бы избавиться от ректора в качестве опекуна! Проклятая нежить, мне только этого не хватало!

— Да ни за что!

— Риаллин, — в голосе Гаэр-аша промелькнули стальные нотки, — мне не понятна твоя реакция.

— Вам не понятна моя реакция?! — я, неожиданно для самой себя, сорвалась на крик.

И мой голос разнесся по всему этому странному помещению, вернулся невероятным эхом отразившись от стен, унесся завыванием призраков ввысь в темный, на первый взгляд бесконечный потолок, а в следующее мгновение разом вспыхнула вся запрещенная символика, создав впечатление, что мы с Гаэр-ашем стоим посреди звездного неба, причем сами звезды рассыпались под нашими ногами.

— Нет.