Древесный маг Орловского княжества 2

Страшные рожи половцев, жестокая сеча, мясорубка, крики, отдающие эхом или перерастающие в звериный вопль. Агония и бред, вырывающие меня периодически в реальность. Где я начинаю чувствовать тупую физическую боль, от которой вновь ухожу в небытие.

Меня куда–то везут, что–то делают, что–то в ухо шепчут. Укутывают одеялом, обмазывают чем–то вонючим, бинтуют и вертят мной, как хотят…

И вот я открываю глаза, распознав бревенчатый потолок в тусклом красном свете. Треск огня, запах травы. Мир и спокойствие. Лежу на кровати, укутанный пуховым одеялом.

Подаю сигнал конечностям, которые понемногу начинают шевелиться. Тело приобретает чувствительность, а сознание ясность.

Я в какой–то избе, за окном вечер и, кажется, идёт дождь.

— Ярослав, ну наконец–то! — Слышу писклявое. — Я уж дюжину раз готовился в плен к этой гадине попасть, юлил, как мог! И старшего припрятал!

Что ещё за гадина? — Встрепенулся я.

— А вот узнаешь! — Заявляет дух с претензией. — Но как я рад, как рад!

Хотел дальше вопросами пытать. Дверь заскрипела, и девушка незнакомая в плаще мокром вошла.

— Как же мне всё это надоело, — забурчала себе под нос. — Этим подай, тем принеси. Когда они уже утопают восвояси, жрать и так нечего. Ещё и этот… странный, несёт в бреду, нечисть разбери что.

Продрал горло.

Крестьянка аж взвизгнула, подскочив на месте.

— Давно я…? — Начал сипло, а та взяла и выскочила наружу прямо в платье под проливной дождь.

— Очнулся! — Раздалось снаружи визгливое.

Пока тяжело устраивался на кровати, принимая сидячее положение, на улице шла суета. А затем пришёл дедуля, представившийся старостой деревни, и бабуля, смахивающая на ведьму, которая меня, похоже, и лечила.

Быстро выяснилось, что пару недель я пролежал в этой избе, где меня и оставили тульские дружинники, чтоб местные выхаживали.

Ничего себе меня потрепало! Похоже, еще и лихорадило до кучи.

Про своих людей спрашиваю, эти руками разводят да вздыхают. Дают понять, что один я в их деревне. А смотрят с такими дикими глазами на меня всё это время, будто я им говорящая обезьяна.

Отпустил ситуацию, когда осознал, что всё ещё беспомощен.