Обещаю тебя забыть (СИ)

Обнимаю за шею, втягиваю носом любимый запах, трусь щекой о колючую щетину подбородка.

Я уже и забыла, как хорошо в этих объятиях. Как сладко и правильно.

Стас нежным поцелуем раскрывает мне губы, скользит языком по контуру, ласкает, дразнит. И мне не нужно многого, я вспыхиваю как спичка за секунды. Невольный стон вырывается из горла, когда Горов стягивает с себя футболку, обнажая мощные плечи, шею, широкую грудь. Мой захмелевший взгляд мгновенно приклеивается к четко прорисованным линиям мышц, к бронзовой от загара коже.

Горов замирает. Словно чувствует мое состояние и позволяет максимально насладиться моментом, разглядеть себя, потрогать.

Все происходит как в замедленном кадре. Моя футболка летит на пол следом за мужской. Джинсы, бюстгальтер, трусики — туда же.

В спальне спит Ромка, к Рите в комнату я не пойду, поэтому мы остаемся на кухне.

Стас сажает меня на стиральную машинку, которой когда-то не хватило места в ванной комнате, поэтому ее установили на кухне, раздвигает ноги и одним мощным толчком заполняет собой до упора. Нам не до прелюдий. Они будут после. В конце или в другой раз. А сейчас, когда рухнули последние преграды, когда мы дорвались друг до друга, нами руководят чистые инстинкты, и они диктуют не отвлекаться.

Всхлипываю, впиваясь ногтями в сильные плечи.

"Меня выгибает вперед, чем Стас тут же пользуется. Втягивает в рот сосок правой груди, усиливая и без того зашкаливающее возбуждение. Я отвыкла от сильных эмоций, от такого количества окситоцина в крови, и кажется, что вот-вот, еще мгновение — и взорвусь изнутри. Мне нужно либо ускориться и побыстрее кончить, либо оттолкнуть Горова.

— Сильнее! — требую уже вслух. — Пожалуйста, трахни меня по-настоящему! Да! Вот так! Как раньше, Стас! Как тогда…

Он понимает. Он знает, о чем я, и дает мне то, в чем я так сильно нуждаюсь. Всего себя.

Толчки становятся мощнее, шлепки тел — громче, желание — острее. Стиральная машинка под нами грозит развалиться на части от бешеного темпа. Плевать.