Норвежский лес

Потребовалось немало времени, прежде чем он, съев половину, не закачал головой: мол, достаточно. Все движения давались ему с большим трудом, а потому были едва различимы. На вопрос:

– Как насчет фруктов? – ответил:

– Не… хочу…

Я вытер ему полотенцем рот, опустил кровать и выставил посуду в коридор.

– Как, вкусно? – спросил я.

– Нет… – ответил он.

– Да, на деликатес этот суррогат явно не тянет, – засмеялся я. Отец Мидори пристально разглядывал меня такими глазами, будто вообще сомневался, открывать их или закрывать.

Интересно, он понял, кто я такой? – пронеслось у меня в голове. Похоже, со мной ему спокойней, чем с Мидори. А может, просто с кем-то меня спутал. Если так, это мне только на руку.

– На улице хорошая погода. Очень хорошая, – заговорил я, закинув ногу на ногу. – Осень. Воскресенье, погода, куда ни пойди – полно народа. В такие дни лучше всего из дому вообще не выходить. По крайней мере, не устанешь. Поедешь туда, где людно, – только вымотаешься, воздух паршивый. Я по воскресеньям обычно стираю.

Утром постираю, и вывешиваю белье на крыше общаги. К вечеру снимаю и сразу глажу. Мне нравится гладить. Нравится, когда мятая одежда становится без единой морщинки. Глажу я хорошо. Сначала, правда, не мог – все заглаживал складки, но через месяц привык. Теперь у меня по воскресеньям – постирочно-гладильный день. Сегодня, к сожалению, не получилось… А такая идеальная погода.

Ладно. Сделаю завтра утром. Вот только встану пораньше. Можно не переживать. Все равно по воскресеньям больше делать нечего.

Завтра с утра постираю и пойду к десяти на лекцию. На эту лекцию мы ходим вместе с Мидори. «История театра II». Сейчас проходим Еврипида. Знаете такого? Он вместе с Эсхилом и Софоклом входит в тройку родоначальников театра в Древней Греции. В конце концов, его скормили в Македонии собакам, хотя есть и другие версии. Вот кто такой Еврипид. По правде, мне больше нравится Софокл. Но это дело вкуса. Поэтому ничего сказать не могу.

Особенность его пьес – в нагромождении всевозможных событий.

Их столько, что за всеми не уследишь. Понимаете? Появляются разные люди, у каждого свои обстоятельства и причины, каждый по-своему ищет счастья и справедливости. Но при этом каждый тянет воз в свою сторону. Еще бы – ведь не бывает так, чтобы все оказались правы и счастливы. Отсюда сплошной хаос. Как вы думаете, что происходит? Все, на самом деле, очень просто. В конце концов, появляется бог и регулирует движение. Ты иди туда, ты – сюда, ты иди с ним, а ты подожди здесь.