Нить судьбы

Это был сын деревенского мельника – высокий, тощий, сутулый парень с кривыми, щербатыми зубами, наглый и заносчивый, злопамятный и хитрый. Недавно стукнуло ему уже двадцать лет, а он всё балбесничал и куролесил, сколотив вокруг себя шайку, таких же, как он сам, хулиганов. Они разоряли огороды, пугали жителей. Люди, конечно, пытались с ним воевать и жаловаться на него отцу, да только отец единственного своего сына любил и шибко не бранил, а творить самосуд людям было не с руки – мельник на всю округу был один, и ездить, случись чего, в город или дальнее село, не у каждого была возможность.

Этим Ванька и пользовался. И уж где и как он высмотрел (ведь и на посиделки-то она не бегала) Ладу, да только приглядел он её себе в невесты. Он доставал девчонку, где только мог, караулил, насмехался, зубоскалил, всё пытался зажать да общупать. Лада каждый раз отбивалась от противного парня, хлестала его, то прутом, то крапивой, да только тому всё нипочём, ещё больше раззадоривался он от её сопротивления.

– Всё равно моей будешь, – ржал он.

Вот и сейчас дружки его, верхом на лошадях, оттеснили девчонок, подружек Лады, в сторону, а Ванька-щербатый прижал к стволу старой раскидистой липы Ладу и пытался её поцеловать. Корзина Лады валялась рядом. Девушка, с испугом прижав руки к груди, смотрела на Ваньку ненавидящим взглядом, а тот с ехидной улыбкой что-то выговаривал ей. Влас, не помня себя, бросился вперёд, а Ванькины архаровцы, продолжая оттеснять девчонок, громко гоготали и сплёвывали на землю.

Влас подбежал как раз в то время, когда Ванька уже приблизил свою противную морду к лицу Лады. Он схватил негодяя за плечо, развернул к себе, и с размаху врезал ему прямо в мерзкую щербатую рожу. Тот отлетел в сторону и упал на землю, Влас сломал ему нос, и по подбородку Ваньки стекала теперь алая струйка крови.

– Тебе чего надо от неё, скотина? – сведя скулы, тяжело дыша и багровея, спросил Влас громким шёпотом, заслоняя тем временем собой Ладу.

– А-а, защитничек явился, – сплёвывая кровь, рассмеялся злобно Ванька-щербатый, поднимаясь на ноги, и кидаясь на Власа.

Завязалась борьба. А в это время друзья Власа, стянув с лошадей приятелей Ваньки, уже принялись метелить их, что есть мочи. Пыль стояла столбом, сбежались местные жители, кто ахал, кто пытался растащить драку, кто и сам, увидев, кого бьют, присоединился к драке и с удовольствием отвешивал тумаков надоевшим всем хулиганам.