Никто кроме тебя

Первые Фрэйзеры осели у подножья Ураганного Хребта больше двухсот лет назад. А в середине прошлого века, благодаря строительству тоннеля, стали переселяться в ущелье. Абсолютно обособленная и полностью скрытая от посторонних глаз деревня впервые за долгие годы вот-вот должна была принять непрошенную гостью. Джордан надеялся, что ее присутствие останется никем не замеченным, и многочисленных расспросов и упреков удастся избежать.

Машину в гараж решено было не загонять – эта ночь была щедра на неожиданные события, поэтому транспорт лучше будет держать наготове.

Подавив мимолетный порыв жалости к ней, Джордан напомнил себе об обстоятельствах ее появления здесь. Нужно поскорее решить все с ней – либо отправить в город, либо разобраться с ней здесь, если выяснится, что она соврала.

Джордан поднялся в гостевую спальню и положил свою ношу на кровать, стянув с ее тонких лодыжек короткие кожаные сапоги. Свет зажигать не стал, оставил только ночник. Опустился рядом с девушкой и окинул ее внимательным взглядом. Рубашка большого размера, явно чужая, надета прямо на голое тело – под тонким льном явственно проступают полушария грудей.

Вдруг представив, как Торнтон раздевает ее, касается ее груди, впивается в розовый пухлый рот, а после всего укрывает своей рубахой, Джордан почти физически ощутил отвращение. Отвращение вперемешку с вожделением. И не побоялся же этот придурок бросить ее здесь? Чем бы сегодня дело не закончилось, стоит оставить ее себе как подарок или компенсацию за учиненный им разгром.

Прогнав абсурдные, но такие заманчивые мысли, Джордан прижал свою ладонь к тому месту на ее груди, где должно быть солнечное сплетение. В ответ на это прикосновение она шумно вздохнула и открыла глаза, силясь что-то рассмотреть в темноте. Он не дал ей возможности прийти в себя и осмотреться, тут же задав прежний вопрос:

– Зачем вы приехали в Хайленд Мэнор?

Оливия обхватила его запястье, пытаясь отодвинуться и сесть, но он не собирался уступать.