Никто кроме тебя

Я поняла, что он идет к моему рабочему столу у окна.

– Присмотрел его сразу, как только вошел, – объяснил Джордан, пересаживая меня на стол. – Высокий, как раз на уровне моих бедер.

Я погладила его по идеальному рельефному животу и обняла за талию. Он взял мое лицо в ладони и снова стал медленно, чувственно и глубоко целовать, порождая множество маленьких огненных вихрей у меня внутри. Интересно, он понимает, как действует на меня?

Пока мы только целовались и обнимали друг друга, я спокойно наслаждалась волшебным моментом близости.

Холодок, пробежавший по разгоряченной коже быстро сменился жаром нетерпеливых прикосновений. Ладони Джордана стали лихорадочно блуждать по всему моему телу, которое теперь без всякой преграды, не считая тонкого прозрачного белья, было распростерто перед ним.

Энергетические токи, перетекающие из его тела в моё и обратно, стали ощущаться намного сильнее. Особенно после того, как он расстегнул свои джинсы и теснее привлек меня к себе.

– Боишься боли? – тяжело и шумно дыша проговорил он. – Я ее сразу уберу.

– Нет, – честно ответила я.

Вот о боли я сейчас точно не думала.

– Не обманывай. Я же чувствую.

– Немного, – пришлось согласиться.

А что мне нужно было ему сказать? Боюсь зачать ребенка из моего видения? Ведь не рассказала же об этом сразу, на Покохе. Сейчас совершенно неподходящий для этого момент.

Конечно, он безошибочно определяет чужие эмоции, но хотя бы не может читать мысли. Пусть лучше думает, что я боюсь боли.

– Я понял, – совершенно спокойно ответил Джордан и немного отстранился.

Я ошарашенно уставилась на него. Да не может такого быть! Это совсем не в его природе – разложить меня голую на столе и не взять то, что ему почти уже принадлежит. Просто потому, что кто-то чего-то боится.

– Как насчет лайт-версии? Без боли, крови и страха?

Фух. Все в порядке, это все еще мой Джордан – хладнокровный, прагматичный, привыкший добиваться своего.

– Моя поза должна тебе намекать, что я согласны на любую версию, – проговорила я, притянув его назад.

Джордан с готовностью принял меня в объятия и снова подхватил на руки.

– Ты меня с ума сводишь, – простонал мне прямо в губы перед тем, как смять их своими в голодном, неистовом поцелуе. – Боишься того, что я сделаю, но дразнишь снова и снова.

Не знаю, откуда во мне взялось столько смелости.