Никто кроме тебя

Весь оставшийся вечер она смотрела на него с опаской, уворачивалась от поцелуев и не давала себя обнимать. Видимо, впредь ему вообще не стоит выпускать её из рук. По крайней мере, пока она еще сомневается в нём.

Решив разобраться в причинах ее поведения чуть позже, когда они останутся наедине, Джордан всё же подхватил Лив на руки и, прижав к себе немного теснее, чем требовалось, поставил рядом на побелевшие от соленой морской воды доски пристани.

– А как мы будем добираться до Дипвуда? – поинтересовалась Холли, хватаясь за протянутую ладонь Джордана.

– Вы все поедете с Чейтоном, Встретимся позже в особняке Браунов. – пояснил он, когда Холли и Тея тоже оказались на берегу.

Тереза чуть заметно улыбнулась. О чем бы ни говорили мужчины за закрытыми дверьми кабинета – напряжения между ними явно поубавилось. Подождав, когда Чейтон и Йен переберутся на пристань, Джордан оставил Калеба пришвартовывать катер, а сам направился в сторону парковки.

Возле тёмного, блестящего идеально отполированными боками седана его уже ждали две знакомые фигуры.

– Как там в Дипвуде? – сразу спросил Джордан, пожимая руку одному, потом второму. – Спокойно пока?

– Внешне – да, тихо. Но они точно получили наше сообщение. Ждут, когда ты сделаешь следующий шаг.

Забрав ключи, Джордан поднял крышку багажника и быстро освободил место для вещей, которые они забрали с Покоха.

– Видите светловолосую девушку? – проговорил он, услышав приближающиеся шаги. – Нужно сделать так, чтобы никто из Иннатов к ней и близко не подошел.

– Ясно. Это та самая, которая была у нас в Ущелье? Нам отвезти её в город?

– Нет. Я сам. Вы – за нами, на небольшом расстоянии. Как раз можете Калеба подождать, он еще возится с катером.

Снабдив последними инструкциями Чейтона и Йена, Джордан подхватил рюкзак, лежащий у ног Лив, и отправил его на заднее сидение своей машины.

– Ты говорил, мы все поедем с Чейтоном, – она подняла на него недоуменный взгляд.

Он открыл пассажирскую дверь, приглашая Лив внутрь.

– Они все поедут с Чейтоном, а ты – со мной.

Оливия замешкалась, но спорить не стала. Молча опустилась на сидение и замерла. И не проронила ни слова первые минут двадцать пути.

Джордан, будучи не в силах сосредоточиться на грядущем столкновении с Иннатами, все перебирал в уме возможные причины ее ступора. И наконец-то начал подозревать, в чем дело. В его памяти всплыл короткий, очень горячий эпизод их первой встречи.