Никому не скажем

Вокруг вдруг становится тихо. Я его энергетику наизусть знаю. Разворачиваюсь. Захар держит в одной руке мой рюкзак, во второй за шкирку Ваську.

— Что с ним сделать? — спрашивает у меня.

Вася дергается, а Захар стоит каменным изваянием, не сдвинешь.

— Отпусти. Дурак просто, — прохожу, забираю у него свой рюкзак, ручку решаю не искать.

— Еще раз дернешь ее личные вещи, я тебя посажу за хулиганство для начала на 15 суток. А там посмотрим, — очень угрожающе.

Я знаю этот тон. После него кому-то обычно бывает больно.

— Ты же курсант! — нарывается одноклассник.

Бесстрашные они тут все. Элита, дети высокопоставленных чиновников и крупных бизнесменов.

— Ты хочешь проверить мои возможности? — брат небрежно отталкивает Васю. — Думаю, мы друг друга поняли правильно. Стась, ты закончила?

Из библиотеки как раз возвращается Саша. Кокетливо закусывает губу, разглядывая Захара.

— Бегом давай, я в машине жду, — бросает мне брат, еще раз предупреждающе глянув на парней.

— Ты думаешь, я испугался? — хищно улыбается Гриша.

— Уйди! — кричим на него хором с Сашей.

Вместе выходим на улицу. Лексус брата похож на пламя среди мрачных классических иномарок. Не пропустишь. Взгляд сразу цепляется.

— Мышонок, давай быстрей, потом с подружками наобнимаешься! Я опаздываю, — стучит по часам на запястье, стоя у борта своего «болида».

А на переднем пассажирском, там, где люблю сидеть я, очередная его девчонка. Опаздывает он!

Я нарочно тяну время, чтобы помучился. Садится в машину. Раздражённо сигналит.

— Ладно, я побежала, — чмокаюсь в щечку с Сашей.

Поправляю рюкзак, сползший с плеча, и бегу к машине. Запрыгиваю на заднее.

— Это кто? — интересуюсь с ходу. Он молчит, видимо вспоминая ее имя. — Не помнит, — картинно вздыхаю. — Если бы у меня было столько парней, сколько у него девушек, я бы тоже начала забывать имена.

— Стася! Твою мать! — рявкает Захар. — Молча сиди, а то пешком домой пойдешь.

— Захар, что за фигня? — возмущенно тянет его пассия.

— Ничего. Не слушай глупую малолетку, — и снова зависает.

Глава 4

Стася

«Знаешь ли ты, что дельфины никогда не грустят?

Их печаль и слезы-забирает море

Научи, научи, научите меня

Улыбаться также, в отчаянье и горе…»

Играет по радио и случается самое ужасное, что только может случиться. Я всхлипываю и чувствую влажную прохладу на своих щеках, а впереди сидит его дурацкая очередная безымянная подружка. Еще не хватало, чтобы увидела!

Рукавами яростно стираю слезы с лица.