Ничто не вечно

Раздался звонок в дверь, и Пейдж пошла открывать. На пороге стоял незнакомец в темном костюме с «дипломатом» в руке.

– Доктор Тэйлор?

– Да…

– Меня зовут Родерик Пелам. Я адвокат из фирмы «Ротман энд Ротман». Разрешите войти?

Пейдж удивленно посмотрела на него.

– Входите.

Адвокат вошел в квартиру.

– По какому вопросу вы пришли? – поинтересовалась Пейдж.

Она увидела, как он открыл «дипломат» и вытащил оттуда какие-то бумаги.

– Вы, естественно, знаете, что в соответствии с завещанием Джона Кронина являетесь его единственной наследницей?

Пейдж устремила на него изумленный взгляд:

– О чем вы говорите? Это, наверное, какая-то ошибка.

– О, здесь нет никакой ошибки. Мистер Кронин оставил вам миллион долларов.

Ошеломленная Пейдж рухнула в кресло. Она вспомнила слова Кронина: «Вы должны поехать в Европу. Сделайте мне одолжение. Поезжайте в Париж… остановитесь в отеле «Крийон», пообедайте у «Максима», закажите большой, толстый бифштекс и бутылку шампанского. И я хочу, чтобы, когда вы будете есть бифштекс и пить шампанское, вы вспомнили обо мне».

– Вам надо просто поставить вот здесь свою подпись, мы сами займемся всеми необходимыми формальностями.

Пейдж подняла на него взгляд.

– Я… я не знаю, что сказать. Я… у него же есть семья.

– В соответствии с завещанием семье причитается остаток состояния, это не слишком большая сумма.

– Я не могу принять эти деньги, – пробормотала Пейдж.

Пелам удивленно посмотрел на нее:

– Почему?

У Пейдж не было ответа. Джон Кронин захотел, чтобы его деньги достались ей.

– Я не знаю. Это… как-то неэтично. Ведь он был моим пациентом.

– Что ж, тогда я оставляю вам чек. Вы сами решите, что с ним делать. Подпишите вот здесь.

Пейдж машинально поставила свою подпись.

– До свидания, доктор.

Пейдж посмотрела вслед адвокату, думая о Джоне Кронине.

Новость о наследстве, полученном Пейдж, моментально облетела всю больницу, хотя она и надеялась до поры до времени сохранить все в тайне, так как пока не решила, что делать с деньгами. «Это состояние не принадлежит мне, – твердила себе Пейдж.

События последних дней совершенно выбили Пейдж из колеи. Ей было очень трудно снова вернуться к работе, но она не могла оставить своих пациентов. На утро у нее была назначена операция. В коридоре ее поджидал Артур Кейн. Они не разговаривали друг с другом с тех пор, как Кейн удалил не ту почку. И хотя у Пейдж не было доказательств, но тот случай с порезанными покрышками напугал ее.

– Привет, Пейдж.