Нянька из другого мира 2

Как, например, Ролден…

Слава замолчала, внимательно наблюдая за Карлой. Та фыркнула и одним прыжком поднялась на ноги.

– Вот еще! Скажешь тоже, Ролден. Да я его не то что целовать, знать не хочу.

И, тем не менее, Слава могла бы поклясться, что попала в самую точку. Карла влюбилась, и это, похоже, серьезно. Ох уж эти первые чувства, трепетные и хрупкие, как первые весенние цветы. И такие же незабываемые.

Но как помочь тому, кто не нуждается в совете? Как сказать Карле, что она, как никто другой, заслуживает любви и уважения? Их отношения со Славой только-только начали завязываться, и рушить сейчас эту связь было бы немыслимо.

Встретиться с магистром наедине удалось только после обеда, когда Дэлия уснула, Карина отправилась в свою лабораторию, а Карла вывела на прогулку Огонька. Этому дракончику, который еще слабо справлялся с огненным даром, в самый раз было гулять по снегу. Так, по крайней мере, меньше опасности, что он подожжет весь замок.

– А вот и вы!

Дрэго ожидал невесту в кабинете. При ее появлении он привстал и, забыв о приличиях, заключил ее в объятия. Когда сильные горячие руки обвили ее талию, Слава забыла, зачем пришла. Обняла жениха за шею, чуть приподнявшись на цыпочках, чтобы заглянуть ему в лицо. Надо же, а в ее мире она считалась довольно высокой. Но в сравнении с мощным и крупным Дрэго казалась хрупкой былинкой, прижавшейся к мощному черному дубу.

– Я не могла нарушить обещание, – прошептала она прямо в его приоткрытые губы.

– Это была просьба, – мягко возразил Дрэго, а кисточка его хвоста задрожала в предвкушении. – И вообще, полагаю, нам пора перейти на «ты». Не называй меня магистром, любимая, зови Дрэго.

Слава снова не сдержала ползущую на лицо алую краску – это было выше ее сил. Она задыхалась от близости этого сильного и полного неистовой страсти мужчины, забывая, кем она была в прошлом.

– Дрэго, – произнесла она, смакуя каждую букву и одновременно зарываясь пальцами в его густую черную шевелюру.

Хвост Дрэго встал трубой, как у юнца. Контролировать себя было непросто, особенно когда Слава прижималась к нему всем телом и ласково перебирала волосы."

"– Присядь, – попросил он, отстраняясь. И сам чуть не застонал, словно от боли. Разомкнуть объятия было невыносимо.