Нежный плут

"

"Она словно наяву видела сейчас его лицо с благородными чертами патриция, тяжелый взгляд, любопытный и ясный, а глаза зеленые, но не темно-зеленые, а бледные, и блестящие, и… Слово, пришедшее на ум, чтобы охарактеризовать его глаза, внушало страх. Такие глаза могли вселить страх в мужчину, оставить в одиночестве женщину. Они смотрели прямо, бесстрашно и жестко. Она опять содрогнулась.

Воображение унесло ее далеко… Его глаза с любопытством смотрели на нее… Нет, не только это. В них было еще что-то, чего она не знала, что-то тревожащее.

Но что?

Да какое все это имеет значение?! Зачем она анализирует его внешность? Она никогда больше не увидит его и благодарит за это Бога. Она перестанет думать и вспоминать о нем, как только пальцы на ногах перестанут болеть, напоминая тот последний пинок, которым она наградила его.

Интересно, Джеймс – это его последнее или первое имя? А, все равно. А какие широкие у него плечи! На самом деле кирпичная стена, но какие привлекательные кирпичи! Привлекательные? Она захихикала.

Да, на самом деле красивые кирпичи, очень красивые. Нет, нет, о чем это она думает? Он просто настоящая горилла с правильными чертами лица, не более. К тому же англичанин, значительно старше ее, один из тех аристократов, которых она ненавидела, вероятно, из богатых, привыкших покупать все, что им вздумается, и с безрассудной смелостью поступавших так, как им нравится. Такому человеку не нужны правила. Разве он не оскорбил ее? Плут, мерзавец…

– Джорджи?

До нее донесся шепот, не слишком близко.

Она не стала шептать, а позвала:

– Сюда, Мак.

Через несколько мгновений до нее донеслись шаги Мака, потом на верхних ступенях показалась его тень.

– Девочка, выходи. Улица пуста.

– Я знаю, – проворчала Джорджина, поднимаясь по ступеням. – Где ты так долго шатался? Они задержали тебя?

– Нет, я ждал неподалеку от таверны и следил, пустятся ли они за тобой в погоню или нет. Я боялся, что тот, со светлыми волосами, бросится за тобой, он был очень зол. Но брат посмеялся над ним.

Он оценил твою выходку.

– Как будто он смог бы меня поймать! Этот неуклюжий хромой буйвол, – фыркнула Джорджина.

– Все же не стоило испытывать его нрав, – говорил Мак, ведя ее по улице. – Может быть, в следующий раз ты все же будешь меня слушать.

– Помоги мне Мак, я же не обещала, что буду слушать тебя во всем. Если я виновата, я буду молчать целую неделю.

– Ладно уж, ладно. Нам повезло на этот раз.

– Я признаю, что была не права.