Чужестранка

Ведь я же не был судим и приговорен по обвинению в убийстве. Этот человек мог бы закрыть дело или добиться помилования. Мне претит быть помилованным за то, чего я не совершал, но лучше помилование, чем виселица.

— Да, это верно.

Пятнышко определенно двигалось. Я скосила глаза, пытаясь следить за ним.

— А кто этот английский вельможа? — спросила я.

— Герцог Сандрингем.

Я подскочила с громким восклицанием.

— Что с тобой, англичаночка? — встревожился Джейми.

Дрожащим пальцем я показала на темное пятнышко, которое теперь уже переместилось Джейми на ногу и медленно, но настойчиво ползло по ней.

— Что это? — спросила я.

Он пригляделся и небрежно сбросил с себя ползуна ногтем.

— Это? Всего-навсего клоп, англичаночка. Ничего такого…

Он не договорил, потому что я выскочила из постели. Выпуталась из одеяла молниеносно при слове «клоп» и прижалась к стене как можно дальше от гнезда паразитов, которым я теперь считала наше ложе.

Джейми глядел на меня испытующе.

— Как ты говорила? Разозленный петух, что ли?

Он наклонил голову, продолжая меня изучать.

— Ммм, — промычал он и поднял руку, чтобы пригладить свои волосы. — Значит, разозленный? А ты, когда просыпаешься, выглядишь этакой пушистой малюткой, право слово.

Он переместился на край кровати и протянул руку.

— Иди сюда, мой маленький репейник. Мы уедем отсюда не раньше, чем солнце сядет. Если мы не ляжем спать, то…

В конце концов мы все же немного поспали, устроившись на полу на твердой, но без паразитов постели из моего плаща и пледа Джейми.

Хорошо, что нам удалось поспать, пока была возможность. Дугал во что бы то ни стало хотел вернуться в Леох раньше, чем туда прибудет герцог Сандрингем, и придерживался быстрого темпа езды и жесткого расписания. Без телег, налегке, мы ехали достаточно быстро, несмотря на скверные дороги, но тем не менее Дугал подгонял нас, делая остановки лишь для самого короткого отдыха.

К тому времени, как мы въехали в ворота Леоха, мы были почти такими же грязными, как в тот день, когда я здесь оказалась впервые, и, конечно, столь же усталыми.

Я спешилась во дворе, но была вынуждена ухватиться за стремя, чтобы не упасть. Джейми поддержал меня за локоть, но, поняв, что я не в силах стоять на ногах, подхватил на руки. Он пронес меня под аркой, оставив лошадей на попечение грумов и конюхов.

— Англичаночка, ты голодна? — спросил он, остановившись в коридоре.

Кухня находилась в одном направлении, а спальня — в противоположном. Я что-то промычала и попыталась открыть глаза.