Чужестранка

Джейми отпустил мою руку, привлек меня к себе и мягким движением прижал мою голову к своему плечу.

— Все хорошо, милая, — сказал он, гладя меня по голове. — Ты не устала? Дать тебе уснуть?

Какой-то момент я хотела ответить утвердительно, но тотчас поняла, что это было бы нечестно и трусливо.

— Нет, — сказала я и глубоко вздохнула. От Джейми слегка пахло мылом и вином. — Нет, я в полном порядке. Расскажи мне, в какие игры ты играл, когда был мальчиком.

В комнате стояла свеча-часы: кольца темного воска отмечали каждый час.

— Уже очень поздно, — отозвалась я на его жест. — Может, нам пора в постель?

— Пожалуй, — согласился он, потирая шею сзади. — Лечь в постель? Или улечься спать?

Он насмешливо приподнял бровь и усмехнулся чуть заметно уголком губ.

По правде говоря, я чувствовала себя с ним так уютно, что совершенно забыла, зачем мы здесь.

— Ну-у… — протянула я ослабевшим голосом.

— Как бы то ни было, но ты же не собираешься укладываться в постель в платье? — спросил он в обычной для него чисто практической манере.

— Полагаю, что нет.

Я спохватилась, что в водовороте событий последнего времени я как-то ни разу не подумала о ночной рубашке. Впрочем, у меня ее все равно не было. Я спала либо в нижней кофте, либо попросту нагишом — в зависимости от погоды.

У Джейми не было ничего, кроме того, что на нем надето, и спать он явно собирался в рубашке или голым, и такое положение вещей, вероятно, вскоре привело бы к ожидаемому завершению.

— Иди сюда, я помогу тебе со всякими твоими завязками…

Когда он начал раздевать меня, руки у него слегка дрожали. И он несколько утратил свое обычное самообладание, сражаясь с множеством крохотных крючков на моем корсаже.

— Ха! — произнес он торжествующе, справившись наконец с последним из них, и мы оба рассмеялись.

— Позволь мне теперь помочь тебе, — предложила я, решив, что пора кончать с проволочками.

Я распустила ворот его рубашки, дотронулась руками до обнаженных плеч. Медленно провела ладонями по груди, ощутив пружинистые волосы и мягкую кожу вокруг сосков. Он стоял неподвижно, почти не дыша, и я опустилась на колени, чтобы расстегнуть украшенный серебряными бляшками пояс на бедрах.