Наташа, не реви! Мы всё починим

Закапывает снегом.

Во двор спрыгивает ещё один кот. Черный, бывалый. С отмороженными ушами.

Ощериваясь друг на друга коты замирают.

Завывая, черный начинает щемить Севу. Сева - капитулирует…

- Ну! Всеки черному, чего уши поджал? - негодует Александр. - Где твои яйца?

- Так, чикнули ему наверняка достоинство. Вот и щемится, - слышу Ромин голос.

- Нет, это не кот, это задрот! Он же в два раза тебя меньше! Ну?.. Ой, позорище...

- Но это наш задрот, и черный зашёл на чужую территорию, - парирует Рома.

Подходит к сугробу и лепит снежок.

Мажет.

- Не протрезвел, что ли? - лепит Александр тоже.

Попадает чуть выше в профильный забор. От грохота коты разбегаются.

Рома присаживается на корточки.

- Кыс-кыс-кыс...

Мявкая и поджимая лапы, Сева бежит к нему. Забирается на руки. Шмелев поднимает его.

- Нормальный кот, чо Вы...

- Ладно, неси его домой. Простынет ещё этот доход. Проблем не оберемся.

Возвращаются.

В панике, подскакиваю с места и выхожу в гостиную. Как в глаза теперь смотреть?

Рома убегает наверх, не заглянув в гостиную.

Смотрю не моргая в глаза Александру, пытаясь увидеть там - было ли.

- Утро недоброе, - ворчит он грубо. - Кофе хочешь?

Помятый слегка и недовольный.

Кофе? Кому нужен кофе после такого? Я хочу не кофе, а упасть в обморок и впасть в кому. На пару месяцев. Чтобы всё это без меня...

- Ладно, извини, - взъерошивает волосы.

Извинить за что? Можно хоть какие-то детали??

Продолжаю стоять истуканом с острова Пасхи. Думаю, даже точно с таким же выражением лица.

- Наташ? - настороженно. - Всё нормально?

- Нет...

Оседаю фрустрированно на диван.

Делает шаг ко мне, по-хозяйски ловя мой подбородок и задирая вверх лицо.

- Чо случилось? - хмуро.

- Всё. Всё случилось.

- Ну-ка... - присаживается передо мной, выправляя воротник халата.

- Ну... - истерично дрожит мой голос, я загибаю пальцы. - Мне изменил муж... Я развожусь... Я потеряла работу... Дом сгорел... Мои вещи - тоже... Я переспала пьяная с чужим мне человеком.

- С кем?! - шокированно поднимается его бровь, лицо дёргается.

Мы смотрим друг на друга с недоумением.

- С тобой... - шевелю губами.

- Ха... - угорает он, поднимаясь. - Если бы со мной, утро было бы добрым!

Тянет на себя, заставляя встать.

- Пойдем, страдалица! - смотрит на меня с усмешкой. - Кофе тебе сварю. Переспала она... Отрубилась как сурок!

Зажмуриваюсь. Потом закрываю ладонью глаза.