Наташа, не реви! Мы всё починим

Это же обо мне!

Внезапно, как тазик кипятка на голову, на меня обрушиваются воспоминания вчерашнего дня.

Ааа!!!

Сон снимает как рукой. Потому что - дня. Но не вечер! От вечера я помню только его взгляд, душ, губы Иштарова, и...

Боже мой, Наташа, боже, мой!...

Лучше б ты угорела, честное слово.

Я что - переспала пьяная с соседом?..

Это шокирует гораздо сильнее сгоревшего дома. Гораздо!

Потому что дом сгореть может и у приличной женщины, а вот секс с незнакомым мужчиной не может… Стыдобище.

В голове пусто.

Ощупываю под одеялом себя руками.

Я бессовестно гладенькая. Можно ли понять - был ли секс у женщины?

Дозрела, твою мать, до таких вопросов в тридцать пять!

Но на всякий случай трогаю себя пальцами между бедер, проскальзывая ими в себя.

Пожалуй, такая мокрая я была только когда распробовала секс, и какое-то время мне его сильно не хватало. Потому что хотелось утром, днём и вечером.

Какие-то обрывки воспоминаний маленькими пазлами пытаются состыковаться в моей голове.

Кажется, всё-таки был...

Я помню хриплый голос, ощущение горячего стыда, возбуждение и вес его тела.

Слышу скрип ступенек по лестнице, удаляющийся наверх. И как хлопает входная дверь.

Распахиваю глаза."

"Быстренько вскакиваю с дивана. Потуже завязываю халат.

Как я могла вообще?! Это же дичь... Я его даже не знаю! Я, в конце концов, учитель его дочери.

Мне становится нехорошо...

Тошнит и кружится голова. Добредаю до кухонного окна, приоткрыв, сажусь на стул и дышу поглубже. С улицы слегка тянет табачным дымом.

Очень хочется исчезнуть из этого измерения. Но, увы, я не могу даже исчезнуть из этого дома. Потому что точно помню, что пришла в носках. И обуви у меня нет.

Да у тебя даже трусов нет, Наташ!

А ещё...

- Сева этого плоскомордого зовут, - слышу голос Александра.

Сева, да... А ещё у меня Сева.

По гостиной и кухне ровным слоем лежат маленькие шарики пенопласта и кусочки картона, которые Сева отгрыз от коробки. Почти всю коробку изорвал. Ее днище лежит под ёлкой.

- Вот этот пиздюк мне прямо жизнь вчера испортил, - жалуется Александр Роме.

- Да ладно Вам, кот и кот.

- Это не кот, нет! Это невротик. Ты знаешь кто такой невротик?

- Неа.

- Везучий ты пацан, Ромка!

Привстаю, прислоняясь лбом к холодному стеклу.

Сева у забора делает свои кошачьи дела.