Невеста вне отбора

И Катти, внимательно всмотревшись в зеркало, подвинула псевдобабочку так, чтобы она казалась частью прически.

- А правду говорят, что она магию из людей высасывает? - опасливо спросила Росица.

- Почти, - улыбнулась Катти. - Выбрав себе хозяина, Голубая Стервятница питается только его магией.

- И зачем вам такое страховидло?

- Судьба, - загадочно улыбнулась Катти.

Судьба. Ведь она помнила себя-во-сне, с ребенком на руках и этой бабочкой в волосах. И кто она такая, Катарина ван Ретт, будущая Катарина ван Альтгар, чтобы спорить с судьбой?"

"- Вы там скоро? - веселый голос Мадди разрушил хрустальный момент.

- Звучит так, будто доселе он меня видел только без платья, - проворчала Катти.

Выйдя из комнаты, мэдчен ван Ретт вздрогнула - перед ней расстилалась дорожка из мелких цветов. По краям дорожки выстроились свечи. Газовые рожки погашены, и только это неверное, плавающее освещение позволяло видеть путь.

Она шла вперед уверенно, не быстро и не медленно. Ровно так, как нужно. Чтобы подойти к алтарю Серой Богини к закату.

Маленькая часовня, крошечная, посвященная только Серой Богине, - краса и гордость рода Льдовин.

- Катарина, ты здесь? - звучно вопросил жрец. На глазах высокого, кряжистого мужчины была ритуальная повязка. Ведь любовь слепа, а значит, и жрец, соединяющий пару, должен быть слеп.

- Здесь, служитель.

- Альтгар, ты здесь?

- Здесь, служитель.

Гар вышел из тени и встал рядом с возлюбленной. На белаторе красовалось официальное черно-серебряное одеяние Главы Совета.

- Пусть вашу жизнь обойдут невзгоды и любовь ваша не погаснет под порывом ветра. Богине угодны любовные союзы, ибо мирская выгода в брачном союзе, редко несет счастье людям.

Жрец говорил правильные, умные вещи. И Катти догадалась, что это Наставник Алфей, самый скандальный храмовник среди почитающих Серую Богиню. Много лет назад именно он отказался венчать Агуиру и Пальдерика.

- Целуйтесь, пусть Богиня порадуется.

Когда Гар привлек ее к себе - Катарина ахнула. Ощущение горячих, сухих ладоней на абсолютно обнаженной спине было... неожиданным. Неожиданным и очень приятным.

Поцелуй вышел целомудренным. Возможно, Альтгар сам стушевался от ощущения гладкой, шелковой кожи под руками. А возможно - не хотел делиться своим сокровищем с гостями.