Невеста моего врага

– Это очень жестоко, – не выдержала Ника и попыталась защитить сотрудниц.

– Кстати, это касается и тебя.

– Руслан, я тебя не понимаю.

– Три месяца без премиальных и квартальной выплаты. Если не согласна, можешь писать заявление.

– За что?! – вскочила она на ноги.

– За то, что пытаешь играть грязно! За то, что стояла и наблюдала за дракой и довольно потирала руки! За то, что посмела мне лгать, глядя в глаза! Еще один неверный шаг – вылетишь вслед за Марковой по статье! Донеси до своих подчиненных эту информацию, кто не согласен – заявление мне на стол.

Спорить со мной у Ники желание пропало. Пока не ляпнула что-нибудь и не вывела меня окончательно, она спрятала свой возмущенный взгляд и молча удалилась из кабинета.

До конца рабочего дня Людмила была уволена, а главному бухгалтеру переданы мои распоряжения насчет зарплат проштрафившихся сотрудниц. Писать заявление по собственному желанию никто не стал.

Ровно в шесть девочки-переводчицы выключили компьютеры и покинули свои рабочие места.

Распечатав проект, присланный французам на родном языке (это была моя просьба), напечатал сообщение Лесе.

Я: Собирайся, жду тебя внизу.

Пока ждал девушку, позвонил начальнику безопасности, заходить к нему не стал.

– Юра, я ухожу, если что-то срочное, звони.

– Дай мне несколько дней, Руслан. Надо проверить все версии. Утром зайду к тебе с отчетом.

– Договорились.

Я стоял в огромном вестибюле, лучи закатного солнца проникали сквозь высокие окна и стеклянные двери, в потоке золотого света в мою сторону шла Олеся.

Мне хватило одного лишь взгляда на нее, чтобы весь мой мир перевернулся. В душе воцарились мир и покой, несмотря на страх ее потерять. Мужчине вообще сложно прибиться к одному берегу, вечно нас качает с одной волны на другую, словно лодку в шторм. А тут – все, как отрезало. Будто и не было до Олеси никого. Прочно припаяло меня к ней.

– Давно ждешь? – улыбнулась она, на щеках обозначились ямочки.

«Всю жизнь».

– Нет, – вслух проговорил я. – В какой ресторан, ты бы хотела сходить?

– Ни в какой, – выстрелила она эти слова, словно из ружья. Пока я пытался понять, что происходит, Олеся добавила: – Даже для деловых переговоров мой наряд не годится: на рукаве рубашки откуда-то взялось пятно от чернил, – показала она мне рукав, – юбка мятая…

Я шел рядом и мысленно улыбался. Мне нравилось ее слушать.

– Так что веди меня в ресторан, где нет света, или… – задумалась она.