Невеста моего врага

– Покажешь, чему научилась!

«Он о чем?!»

– Мне здесь удобно, – проигнорировав его приказ, отвернулась в сторону небольшой двери.

– Олеся! Хватит из себя недотрогу разыгрывать, у нас начался медовый месяц, я жду, что ты будешь меня ублажать!

– Мы еще не женаты для медового месяца! – несмотря на то, что я дрожала от страха, сдаваться не собиралась.

– А Аваров на тебе женился, что ты перед ним ноги раздвинула?! – подскочил он с кровати и оказался рядом. Я молчала, чем еще больше его разозлила. Схватив меня за волосы, он сильно дернул наверх, от боли я вскрикнула, но его это не остановило.

Я выбирала между двумя вариантами: «Руслана я люблю» или сказать, что между нами ничего не было. Но любой из этих ответов еще больше разозлит Олега.

– Язык проглотила? – он резким рывком поставил меня на ноги и принялся срывать с меня одежду. Если я закричу, кто-нибудь придет мне на помощь?

– Олег, у меня месячные идут! – закричала я. – Не сейчас! – одной рукой прикрывала разорванный ворот блузки, другой упиралась парню в грудь.

«Он настоящее чудовище!»

– Хорошо. Подождем медового месяца! Но ты меня все равно ублажишь, – изо всех сил надавив мне на плечи, Олег заставил меня опуститься перед ним на колени.

Когда я поняла, что он предлагает мне сделать, принялась вырываться, как сумасшедшая, царапая ему руки, которыми он удерживал мое лицо. Он расстегнул ширинку, и с худых бедер сами собой слетели вниз джинсы. Я видела, что он возбужден, паника стала накрывать меня с головой.

– Олег, прекрати! Я не буду этого делать! – неудачная попытка его отпихнуть закончилась тем, что я ударила его в пах рукой. Он поморщился от боли, а в следующую секунду мое лицо обжег сильный удар. Из носа потекла струйка крови.

– Рот открой! – спустил он боксеры. Его орган упирался мне прямо в лицо. Я изо всех сил стиснула зубы и сомкнула губы. И даже его сильное нажатие пальцев не помогало. Тогда на щеку опустилась хлесткая пощечина.

«Пусть лучше убьет, но делать я этого не буду! Олегу не удастся испортить все светлое, что есть между его братом и мной!»

Образ Руслана, как спасательный маяк, возник в моем сознании.