Невеста на замену

Жестокий мир — жестокие законы. Правило выживания всегда одно: уничтожь врага, ибо он наберется сил и уничтожит тебя. Мне стоило понять это еще тогда, когда меня смутили тайные планы герцога Анторийского. В тот момент я была ошарашена и испугана его попыткой отравить своего будущего зятя, а теперь поняла: для них это нормально — они так живут!

* * *Служанки появились спустя несколько минут после ухода принцев. Это были две низкорослые темнокожие женщины, полненькие и круглощекие, похожие на сдобные булочки. Каждая из них могла похвастать роскошной грудью, выдающейся филейной частью и толстой черной косой, спускавшейся из-под скромного чепчика.

Щеки их горели румянцем, а глаза были похожи на блестящие виноградины. Форменная одежда в виде длинного темно-коричневого платья с белоснежным передником довершала портрет идеальных горничных из приличного дома.

Это были дварфы, вернее, их прекрасная половина. Знания об этой расе раскрывались в моей памяти, будто я читала учебник по видам, населяющим Эретус. Женщины дварфов никогда не выходят на поверхность и не контактируют ни с кем, кроме дроу, которые, так же, как и они, живут под землей.

А вот мужчины намного общительнее: вполне удачно торгуют тем, что добывают в недрах гор, изготавливают лучшее оружие по секретным технологиям и даже держат сеть семейных банков, которые еще при жизни моего отца ссужали деньги королевским домам. В те времена они держали на поверхности целые торговые дома и представительства, не думаю, что сейчас что-то изменилось.

Я встретила новоприбывших тяжёлым взглядом и с подозрением отнеслась к их попытке завести беседу.

Женщины дварфов были известны как молчуньи, а тут такой словесный водопад. Не стоит даже сомневаться, что кто-то приказал им разговорить меня."

"Я молчала, пока в комнату вносили бронзовую ванну четыре крепко сбитых широкоплечих дварфа с едва пробивающейся бородой. Наверняка, чьи-то сыновья, отданные в услужение дроу. Молчала, пока заливали воду и готовили все для моего туалета. Даже во время купания я не издала ни звука, хотя служанки без остановки щебетали, восторгаясь, какая у меня нежная кожа, какие прекрасные черты лица и какой чудесный цвет волос, мол, они такого еще не видели.

Даже заметив, как девушки украдкой трогают тейтры, расписавшие все мое тело жемчужным узором, я смолчала. Все-таки эти девушки никогда в жизни не видели ничего подобного. Но когда меня попытались запихнуть в декольтированное алое платье из полупрозрачной ткани, я решительно воспротивилась.