Невеста для графа

Расстегивая пелерину, она прошептала:

– Хью, что ты задумал?

Он снова улыбнулся.

– А что ты мне позволишь?

«Все, что ни попросишь», – подумала Элиза. Она подозревала, что он знал об этом, но все же было очень приятно, что муж предоставлял ей право решать, что именно позволить: это давало ощущение власти над ним – ощущение новое и весьма возбуждающее. Выскользнув из его объятий, Элиза сбросила пелерину, потом с улыбкой сказала:

– Это зависит от того, как ты будешь просить.

Хью шагнул к ней, перед этим повесив ее шляпу на ветку, оказавшуюся здесь как нельзя кстати.

– Миледи, вы хотите, чтобы я вас умолял? – спросил Хью, опустившись на одно колено. – Хотите, чтобы я пал к вашим ногам? – Он обхватил пальцами ее лодыжку.

– Падать не обязательно, – пролепетала Элиза.

– Не обязательно? Ладно, хорошо. – Рука мужа скользнула вверх по ее ноге. – Позвольте в таком случае показать вам нечто такое… Вам это должно несказанно понравиться.

Элиза в тревоге осмотрелась.

Теперь уже обе руки мужа были у нее под юбкой.

– Миледи, вы должны мне довериться, – сказал он. – Так вы мне доверяете?

– Да, но… – Элиза едва не подпрыгнула, когда Хью добрался до разреза ее панталон.

– Вот и хорошо. – С этими словами он прижался губами к тому месту, где только что находились его пальцы. Элиза вскрикнула, а Хью с тихим смешком раздвинул ее ноги пошире – и снова поцеловал.

Элиза не очень-то понимала, что муж с ней делал, но только едва держалась на ногах.

– Обхвати меня за шею, – прошептал муж.

Элиза повиновалась, и Хью приподнял ее, а в следующее мгновение вдруг почувствовала, что он вошел в нее. При этом он поддерживал ее, обхватив за ягодицы, и, слегка поворачивая, проникал в нее все глубже.

– Не отпускай меня, – прорычал он, упираясь подошвой о выступавший из земли корень.

Тихонько застонав, Элиза обхватила ногами бедра мужа, а тот, тяжело дыша и по-прежнему поддерживая ее снизу, медленно двигался, раз за разом глубоко проникая в нее. Элиза осознавала, что их могли увидеть, но страх лишь распалял ее. В эти мгновения она узнавала себя с совершенно новой и неожиданной стороны.