Невеста для гея

По его виду было понятно, что он в данную секунду принимает для себя важное решение.

– Хорошо, Тома. Я останусь.

Он впервые за две недели назвал меня Томой.

Как и обещала, я взяла Женю с собой в судебное заседание. Я, как паук, плела сети, ожидая, что противоположная сторона запутается и скажет то, что нам нужно. В принципе, всё получилось так, как я и рассчитывала.

После заседания Женя вышел довольный, с горящими глазами. Мне казалось, ещё немного – и он бросится меня обнимать."

"– Ты чувствуешь, как колотится сердце у тебя в груди? Это адреналин.

В офисе мы часа три стояли у огромных копиров и откопировали, наверное, тонну бумаги. Я покачала головой:

– Здесь мы это не разберем, поехали ко мне.

– К вам домой? – Женю эта перспектива не радовала, может, он подозревал, что я на самом деле суккуб, жаждущий его тела и его жизненной силы.

Как бы там ни было, его мнение не учитывалось, и мы минут через двадцать уже тащили каждый по два огромных пакета с копиями документов на улицу, где нас ждало такси.

Возле моего подъезда сидели на скамейках бабушки, несмотря на то, что март выдался довольно холодным. На моё приветствие старушки почти в унисон ответили:

– Здравствуй, Томочка.

Женя наклонился к моему уху и вполголоса спросил:

– А почему они не крестятся?

Да, мальчик, видимо, освоился.

– Потому что я весь дом держу в страхе и требую, чтобы меня приветствовали именно так, – также вполголоса ответила я.

Мы поднялись на лифте на пятый этаж, где была моя квартира. Квартиру Женя не оценил, ему не понравилось отсутствие милых девичьих штучек, картин, плюшевых мишек и прочей ерунды. И в самом деле, у меня не было ничего подобного, даже магнитиков на холодильник. Только всё самое необходимое, без чего нельзя обойтись.

Без малейшего промедления мы принялись за работу, не трудную, но нудную. Нужно было собрать разрозненные листы в целые многостраничные документы, прошить их при помощи шила, а потом разделить на шесть одинаковых стопок.

За окном уже стемнело, когда копии были аккуратно сложены в шесть стопочек. За целый день мы ничего не ели, и теперь мы вдвоём испытывали просто адский голод. Мы с Женей молчали, но наши животы без стеснения переговаривались друг с другом недовольным урчанием.