Неверная

– Хорошо, – Семен Владимирович откидывается на диване, – внучка еще одна, Рита, ты представляешь?

– Она вся в Рената и деда, – Рита Максимовна присаживается рядом со мной, – Соня, не пропадайте.

– Не пропадем, – я слабо ей улыбаюсь.

– Мам, – Мали появляется в комнате как ураган, – у меня брат и совсем маленькая сестричка. Как моя самая большая кукла.

– Вырастет, – тянусь к ней и усаживаю у себя на коленях.

Потом был обед, на котором Мали предсказуемо всех очаровала. Она такая открытая и веселая, что в нее невозможно не влюбиться.

Я подержала на руках малышку Миланы, познакомилась с ее сыном и мужем. Оказалось, у нее замечательная крепкая семья. Так за нее рада.

Не могла ничего поделать, все время посматривала на Рената, который тоже не спускал с меня глаз. Что будет между нами дальше? Сможем ли мы найти общий язык на этот раз или нас опять ждет неудача?

В конце дня Ренат опять отвез нас в гостиницу и пообещал заехать завтра, чтобы вместе ехать в аэропорт. Он летит вместе с нами, и мне опять страшно.

Что будет дальше?

Глава 31

Я вижу, как Соню пугает сближение со мной.

Наверное, самым разумным было бы дать ей небольшую передышку, чтобы прийти в себя и потом постепенно начать привыкать друг к другу. Но даже те часы, что я провожу один – настоящее мучение.

Не могу без нее и дочки.

Перелет был хоть и недолгим, но все равно выматывающим. В их квартиру мы приезжаем уже к обеду, и Мали потихоньку клюет носом. Соня укладывает ее в детской, пока я с большим любопытством исследую квартиру.

Она довольно просторная, три комнаты и большая кухня. Все в светлых девчачьих тонах. Много Сониных работ, рисунков Мали в рамках и следы дочкиных шалостей в виде разноцветного дивана.

– Как тебе? – Соня останавливается в центре гостиной и улыбается, рассматривая цветную абстракцию.

– Концептуально, – я усмехаюсь, – у меня есть пара твоих работ.

– Вот как? – Соня удивляется, – и каких?

– Розовая Соня.

– Черт, я там голая, – она мгновенно краснеет, – но хорошо, что она у тебя.

– Правда?

– Натка при ее продаже сказала, что скульптуру обязательно купит какой-нибудь толстосум и будет дрочить в своем пентхаусе на мой пластиковый зад. Так что с ее продажи мне это предположение покоя не дает.

– У твоей подруги отлично с юмором, – усмехаюсь и прикусываю губы. Лучше Соне не знать, какие мысли меня посещали, когда я прикасался к ее пластиковому клону.

– Она крестная, – Соня проходит мимо меня в сторону кухни, – хочешь кофе?

Крестная, значит.