Неудержимый. Книга XXVIII

Некоторые я даже опознать не смог.

— Дуэль! — он начал тыкать в меня пальцем за спинами Великих архимагов. — Я требую дуэли! Немедленно!

Великие архимаги переглянулись между собой.

— Арестовать! — нахмурившись, заместитель посмотрел на барона. — Во-первых, дуэли здесь запрещены, и каждый, кто попытается их провести, переводится в разряд нарушителей спокойствия. А во-вторых, вы обвиняетесь в нападении на Пелагею Николаевну и задержаны до выяснения всех обстоятельств.

В ту же секунду два Великих архимага скрутили Лаврова в бараний рог.

— Какого чёрта? — завопил Лавров. — Вы совсем идиоты? Это же он напал на меня!

— Станислав Борисович, советую вам успокоиться и прийти в себя, — продолжил заместитель. — Увести в отдел.

— Так точно! — ответил второй Великий. — Станислав Борисович, попрошу не сопротивляться для вашего же блага!

— Твари! Уроды! Я вас всех уволю! — барон пытался вырваться, но Великие архимаги держали его стальной хваткой.

— Благодарю, — я обратился к заместителю.

— Всегда к вашим услугам, — он мне слегка поклонился. — Пелагея Николаевна, в ближайшие дни мы с вами свяжемся для определения компенсации за испорченный вечер.

— Спасибо, — она нервно улыбнулась.

— А что будет с теми ребятами, что задержали Лаврова? — задал я вопрос, выкрутив ситуацию так, чтобы им не сильно досталось.

— Сложно сказать, — он хмыкнул. — Лавров, хоть и нарушил множество пунктов нашего договора, всё же является нашим премиальным клиентом.

— Штрафы? — я задумался. — Это приемлемо.

Вот он, капитализм во всей красе. Зачем какие-то разбирательства, платите бабки, иначе вылетите отсюда как пробки. Желающих получить столь сладкие места в небоскрёбе, который сосредоточил в себе лучшие лавки артефакторов со всего Красноярска, дорого стоит.

— А если у той парочки не окажется денег? — поинтересовался я.

— В таком случае мы передадим их в руки правосудия, будут отвечать по закону, — ответил он, — А теперь прошу меня извинить, — заместитель поклонился и направился к выходу.

В итоге на этаже остались только мы с Пелагеей и ведущий с помощниками.

— Видишь, всё не так уж и плохо, — я улыбнулся.