Неудержимый. Книга XXVIII

Скорее всего, решил отыграть роль жертвы, что же, мы ведь тоже так умеем.

— Не двигайтесь! — третий заместитель встал в боевую стойку.

— Командир, — я показал ему пустые ладони, — Я сейчас осторожно залезу во внутренний карман пиджака и достану оттуда свои документы.

Пока два других Великих шли к нам, я вытащил документы и предоставил их заместителю.

— Чёрный Егерь? — он выпучил на меня глаза, — Прошу прощения, — он попытался ослабить галстук, — Что здесь произошло?

— Сдаётся мне, что барон Лавров потерял связь с реальностью, — пояснил я, не забыв активировать дар «убеждения», — Подобные помешательства иногда бывают у аристократов, которые возомнили себя богами.

"Никакого смысла врать или придумывать новые подробности не было. Здесь всё и так было очевидно, что же касалось дара «убеждения», то я его использовал лишь для того, чтобы ускорить процесс расследования.

— Рустам Тимурович, — когда вся троица подошла к нам, один из Великих архимагов обратился к начальнику, — Барон утверждает, что этот молодой человек напал на него.

— Забавно, — заместитель нахмурился, — Потому что у меня совсем другая версия. Но ничего, думаю, Пелагея Николаевна сможет прояснить ситуацию.

Как бы я ни хотел, но привлечь Пелагею всё-таки пришлось.

Много слов от Пелагеи не понадобилось, достаточно было показать руку с синяком.

— Это всё равно ничего не меняет! — злобно процедил он сквозь зубы. — Арестуйте его!

— Боюсь, что это невозможно, — с едва заметной улыбкой ответил заместитель. — Чёрный Егерь — персона неприкасаемая ни при каких обстоятельствах.

— Золотые слова, Рустам Тимурович, — я улыбнулся. — А вам, Станислав Борисович, должно быть стыдно за то, что устроили из вечера моей подруги цирковое представление.

— Что ты сказал? — процедил сквозь зубы Лавров. — Да я тебя сейчас…

В ту же секунду его окутала светло-зелёная дымка, которая вмиг вылечила руку. У Лаврова было много разных артефактов, судя по всему, он, как и Лазарев, их коллекционировал.