Несносный босс Дед Мороз (СИ)

Открыв дверь, к огорчению вижу перед собой Венеру, хотя жаждал увидеть Маю.

Чего это на ночь глядя принесло шпалу силиконовую?

Оуу! Ловлю себя на мысли, что я уже не воспринимаю всерьёз силиконовых женщин. А может женщин вообще?

Никого. Никого кроме Маи!

Я же узнал, раскусил её — Маю, мою бешеную, развратную Снегурку! Вот и всё. Весь ответ — мне больше никто не нужен. Хочу её! Только её! Осталось только выбрать дату свадьбы и кольца — братишки, берегитесь! Денежки готовьте, а вы думали я шучу?

Когда правда раскрылась, я не просто был готов побежать жениться, я готов был полететь и не ради спора, не ради денег.

Просто я её полюбил….

Люблю Маю уже давно!

Но только недавно открыл в себе эти, настоящие чувства, которые, видимо, избегал годами.

Корпоратив здесь не совсем-таки важную роль сыграл… Он мне дал понять, что она всегда была со мной рядом, и как же много всего я пережил вместе с ней.

На пороге моего номера прямо передо мной стоит Венера — раскрасневшаяся, с безумными глазами.

Она хватает меня за отвороты халата, притягивая к себе, возбуждённо шепчет:

— Лев…. Я тут… Наконец созрела, хочу во всём сознаться! Надоело ходить вокруг да около и ждать, пока ты внимание на меня обратишь… А ведь это я! Я — та самая пропавшая Снегурочка твоей самой жаркой ночи в мире! Представляешь?!”

— Чего? — чуть на пол не оседаю.

Как? Откуда? Она с дуба что ли рухнула?!

Интересный поворот. Такого я точно не ожидал под конец поездки!

— Венера, ты.…

— Это я, Лев! Да-да, это правда я! Удивлён?

Сканирую её взглядом с головы до ног подозрительно.

Ради веселья решаю подыграть:

— Заходи.

Взвизгнув, прыгает сходу в мои объятия и лезет целоваться, заталкивая обратно в номер. Я без палева уворачиваюсь. Ну что ж, повеселимся! Что эта блондинка нам сейчас выдаст?

— Так, подожди! — чуть её притормаживаю. — Значит, говоришь ты — это она?

— Да-да, Снегурочка, с которой ты по пьяни отжигал, а потом ничего не вспомнил.

— Надо же…. А чего сейчас пришла?

— Ну я…. просто стеснялась и не знала, как ты отреагируешь! Надоело страдать от этих бурных, запретных чувств! — охнула она, прильнув ко мне огромными сиськами, подставляя пухлые губищи к моим губам для поцелуев.