Несносный босс Дед Мороз (СИ)

Я задыхаюсь, чувствуя, как предательски дрожат коленки. А он всё настойчивей вжимается в меня, целуя шею, ключицы…. И шепчет на ухо:

— Я так сильно тебя люблю! Ты нужна мне! Мая-я-я-я-я!!!!

Он повторяет эти слова властно, почти рыча. А затем резко разворачивает меня к себе и впивается страстным поцелуем.

Его губы жадно покрывают мои влажными, требовательными поцелуями. Я пытаюсь вырваться, упираюсь ладонями ему в грудь, но Лев целует так восхитительно, что вскоре моё сопротивление тает.

За окном автомобиля мелькают заснеженные деревья и высокие сугробы.

Лев стягивает с меня шапку, впивается пальцами в волосы. Прижимает к себе ещё крепче, углубляя поцелуй.

Наши языки сплетаются, я с шумом втягиваю воздух сквозь стиснутые зубы. А Лев уже расстёгивает мою куртку, шарит ладонями под свитером…

Мы целуемся так безумно и сладко, что я забываю обо всём на свете. Только наши стоны и шум мчащейся сквозь метель машины заполняют пространство.

А я уже готова отдаться этому опасному мужчине прямо здесь, на заднем сидении…

Кажется, это безумное такси везёт нас целую вечность.

Всё это время Лев буквально пожирает меня — целует так исступлённо, будто не видел женщину лет десять.

Его руки жадно лапают моё тело, сминая грудь и бёдра. Я только томно постанываю, прижимаясь к нему всем телом.

Окна автомобиля быстро запотевают от нашего разгорячённого дыхания и жара двух тел.

Бедный таксист явно смущён, неловко поглядывает в зеркальце заднего вида. Должно быть, думает — сначала они ругались, а теперь вон какие нежности творят….

Наконец машина тормозит у какого-то неизвестного отеля посреди заснеженного ничего.

Лев суёт таксисту несколько крупных купюр — тот аж рот раскрывает от удивления.

А затем опять подхватывает меня, вместе с чемоданом, уверенной походкой несёт сквозь буран. Всё ещё боится, что сбегу!

Прижимаюсь к его крепкой груди и думаю — боже мой, как ему не тяжело?! Ничего себе сколько у него сил!!! Что задумал?!

Лев врывается в двери отеля, стряхивая снег с волос.

Босс берёт самый дорогой номер в этом забытом богом отеле и затаскивает меня туда, хотя я вяло сопротивляюсь.

— На улице снежный ад, в горах ураганный ветер… Придётся переждать непогоду здесь, в номере. Мы не сможем сейчас вернуться к нашим!

Захлопывает дверь и запирает на замок. Я чувствую себя маленькой птичкой, заточённой в клетку.