Непристойное поведение

Оранжевая роба заключенного не к лицу Адаму Флойду.

— Ну привет, дочка, — ухмыляется он.

— Привет, не отец. Думаю, не стоит спрашивать, как жизнь, да?

— Почему же? — серые глаза Флойда сверкают острыми бликами. — Всё отлично. Я прилежный заключённый и сумел подружиться с нужными людьми…

— Или мамочка постаралась, чтобы тебя назначили на самый лёгкий и спокойный участок — в библиотеку? — парирую я."

"Это меня не очень-то касается. Но Дэвид обмолвился, что его мать до сих пор корит себя и чувствует вину, поэтому помогает Адаму по мере своих сил.

Несмотря на шантаж, вымогательство и желание уничтожить имя Коэнов, мать Дэвида не может оставаться в стороне. В семье Дэвида был небольшой раскол, и супруги Коэны едва не развелись, но вовремя вспомнили, что за долгие годы жизни они создали нечто большее, чем просто громкое имя и головокружительную карьеру. Они создали семью…

— Ты пришла трепаться о моей жизни или спросить о своей? — задаёт вопрос Адам.

— Я хочу спросить только о прошлом.

— А-а-а-а… Тебе не даёт покоя имя настоящего папаши? — хмыкает Адам Флойд.

 — Уверена, что хочешь услышать эту историю? Пусть твоя мамочка останется белой и пушистой.

— Я хочу знать правду.

Адам подаётся вперёд, словно может протаранить своей усмешкой толстое стекло:

— Ну что ж, Крис… Я действительно кувыркался на той вечеринке с твоей мамочкой. Она была очень довольна. Но вся шутка в том, что кувыркался с ней не только я. Понимаешь?

— Не очень, — признаюсь. — Говори, как есть.

— Это была очень пьяная вечеринка.

И очень весёлая. С наркотой… Мы на пару отжигали с твоей мамочкой. Потом мой друг предложил кое-что повеселее. Пару таблеток, чтобы улететь в рай. Она не отказалась…. Веселье каждый понимает по-своему. Моему другу захотелось попробовать тройничок. А твоя мамочка к тому времени уже улетела от выпивки и наркоты. Её могли бы трахать вдесятером, она бы и слова не сказала против. Мы круто покувыркались… Втроём. Но друг свалил раньше. А твоя мамочка после пробуждения увидела только меня. Я понял, что она не помнит ни хрена из того, чем мы забавлялись ночью…

Я застываю от правды. Она оказалась действительно не очень приятной. Но я слишком хорошо знаю, как наркотики ломают волю и превращают мысли в желе. Адам и его друг гнусно обошлись с моей мамой!

— …Именно поэтому, когда ты явилась, я запросил тест ДНК. Я не мог быть уверен, моя ты дочь или нет… — продолжает Адам.

— Как имя того парня?

— Его имя тебе известно. Роджер Барнс.