Неприкаянные

Постоять рядом со мной еще совсем немного, совсем чуть-чуть…

Мы так близко друг к другу, что я чувствую аромат его одеколона – свежий, как морской бриз. Мне даже кажется, что я ощущаю тепло, исходящее от его статной фигуры. Мое сердце сжимается от отчаяния – он никогда не будет обнимать меня и шептать признания в любви. Я – невеста монстра по имени Феликс.

Афинский поворачивается ко мне лицом, ловит мой взгляд, и я читаю в его глазах такую же мольбу остаться. Все остальное меркнет в один миг. Он – мой безбрежный океан.

Афинский едва заметно касается подушечками пальцев моей щеки. Очарованная его прикосновением, я прикрываю глаза. Он медленно склоняется ко мне. Еще немного – и наши губы сомкнутся в поцелуе.

Трель сотового телефона в моей сумке вклинивается между нами как раз в тот миг, когда его губы едва успевают коснуться моих.

Напуганная собственной смелостью и тем, что зашла в отношениях с боссом так далеко, я вздрагиваю.

– Кажется, мне пора домой, – растерянно бормочу я и бросаюсь к своей машине.

– Тася… – вскидывает руку Афинский.

Но я отпираю свою машину, сажусь за руль и быстро выезжаю со стоянки.

Он не пытается меня остановить. Просто стоит на том же месте, беспомощно наблюдая за тем, как я ускользаю от него.

Телефон продолжает тревожно вибрировать в сумке, но я не собираюсь его доставать.

Глава 10

Когда я подъезжаю к дому, свободных парковочных мест нет. Мне приходится искать стоянку на другой стороне улицы. Выругавшись и кое-как поставив машину, я спешу домой.

Лифт медленно ползет вверх. В голову приходит мысль о том, что окончание сегодняшнего дня я проведу в свое удовольствие. Феликс у постели своей захворавшей матушки, а значит, я могу принять пенную ванну и привести в порядок мысли.

На пороге меня встречает Ира.

– Тася! Где тебя носит? – злобно спрашивает она.

– Я ходила проведать Юрия Сергеевича. Он приболел, – сбрасывая туфли, поясняю я.

Но Ира неестественно бледна и в ее глазах осуждение. Я не могу понять, что происходит.

– А трубку брать тебя не учили?! – слышится резкий голос Феликса из кухни.