Неприкаянные

Но здесь – либо ты берешь на себя обязательства и идешь до конца, или отказываешься и живешь спокойно.

– У меня есть знакомый специалист. Детский невролог, – вступает в разговор Ира. – Раз уж на вас свалился ребенок, нельзя его бросать.

Я смотрю на расплывающиеся капли чая на дне кружки. Демид и моя сестра правы. Никто не виноват в том, что мы с Андреем бросились искать Эрика. Эрик нашелся, и теперь только мы можем помочь ему справиться с проблемами.

– Да, чувствую, романтики в наших отношениях уже действительно не будет, – вздыхаю я.

– Тась…Я не переживу, если ты от меня уйдешь, – сжимает мою руку Андрей.

– Я сама этого не переживу.

Сглатываю ком в горле и поднимаю на него глаза.

– Может, нам надо начинать строить семью? Раз у нас теперь есть ребенок?

– В каком смысле?

– Переехать от твоих родителей к тебе, расписаться наконец и воспитывать Эрика самостоятельно?

– Ты уверена, что у нас получится?

– Нам надо взрослеть, Андрей. Мы так испугались ребенка, что поселились у твоих родителей. Но лучше не становится.

Андрей берет меня за руки и заглядывает мне в глаза."

"– Ты уверена, Тася? Уверена, что нам надо усыновлять Эрика? Обратного пути уже не будет. Со всеми вытекающими последствиями.

– Я уже все равно не смогу жить по-прежнему.

Андрей прижимает меня к себе.

– Тогда подадим завтра заявление в ЗАГС?

– Подадим.

– Ура-а-а! Свадьбе быть! Горько! Горько! – хлопает в ладоши Ира.

Мы с Андреем переглядываемся. Он наклоняется ко мне и дарит нежный поцелуй.

Я выдыхаю. Касаюсь ладонями его щек. Заглядываю с такие любимые уставшие ореховые глаза с почти угасшими золотинками.

– Я люблю тебя, Тася, – целуя мои ладони, шепчет он.

– Я тоже тебя люблю.

Прижимаюсь к его груди и закрываю глаза. Знаю, наш путь не будет усыпан лаврами. Но он уже определен. Эрик так отчаянно цепляется за меня, что будет предательством отказаться от него сейчас.

Эпилог. Год спустя

Конец мая. Я стою у кромки воды и пытаюсь разглядеть дельфинов, которые накануне подплывали к берегу, а сейчас плещутся у буйков и никак не хотят приближаться.

Легкий бриз ласкает мое лицо и руки, треплет волосы и свободное платье из шифона.

– Мама, вон они! Вон!

Эрик судорожно впивается в мою руку и указывает пальчиком в линию горизонта.