Неприкаянные

– Тася, полицейская машина отвезет вас с Эриком в отель. Не стой, идем в машину.

Следователь что-то говорит на греческом, и машет нам рукой в сторону полицейской машины.

Когда нас усаживают на заднее сидение, я наконец с облегчением выдыхаю и укладываю спящего мальчика себе на колени.

– А как же Феликс, Андрей? – когда машина отъезжает с места, с тревогой спрашиваю я. – Эрик говорил, что его папа спит.

Именно в этот момент входная дверь снова распахивается, и врачи выносят на носилках тело, накрытое простыней.

– Феликса больше нет, – хмуро сообщает Афинский.

 – Его отравили вином. Квартиру подожгли, а Эрика хотели похитить. Я подозреваю, что в преступлении замешана мать Феликса. Шкуратов сказал мне по телефону, то вчера ее выпустили под залог. Думаю, она знала про это место и просто решила отомстить сыну за предательство. Цыганам очень выгодны дети. Они хорошо умеют выпрашивать деньги у состоятельных туристов.

– То есть… если бы я случайно не заметила тиснение на красном сарафане, мы бы потеряли Эрика навсегда?

– Тася, милая, – Андрей берет меня за плечи и заглядывает в мои глаза.

 – Давай не будем фантазировать на эту тему. Мое истерзанное чувством вины и безысходности сердце просто больше не выдержит трагедий.

– Давай…

Я растерянно слежу за погрузкой тела в карету скорой помощи. Не верится, что под простыней мой бывший жених.

– Я все равно ничего не понимаю. Так много невыясненных вопросов… Почему погибла Дина? Зачем Феликсу так нужна была моя невинность? Для чего он хотел, чтобы я прошла через странный обряд?

– Вопросов много, – соглашается Андрей.

 – Надеюсь, мать Феликса прольет свет на эту запутанную историю. А пока полицейские будут сопровождать нас, Тася. Дело в том, что Эрик является гражданином Греции. Он родился здесь, в городе Миконос.

– То есть… Дина все же жила в Маленькой Венеции?

– Не просто жила. Она родила здесь Эрика, – с горечью поясняет Андрей. – Судя по информации, которой владеют местные полицейские, последние месяцы перед родами она провела на этом острове.

Я уже ничего не понимаю… А Феликс не сможет прояснить ситуацию.

– А вдруг нам и на этот раз повезет? – с надеждой смотрю в его ореховые глаза я. – Адина раскается и расскажет всю историю.

– Мне бы твой оптимизм, – касаясь пальцами моей щеки, усмехается он.

Я смотрю на спящего Эрика. Слышу, как Андрей звонит отцу и произносит всего одну фразу: «Мы его нашли».

В горле отчего то першит. Поправляю маечку с принтом из какого-то мультика и примирительно вздыхаю.