Неприятности в старшей школе

 – Она встает, хватает свою куртку и кивает Рэйвен, прежде чем проскользнуть мимо меня. Я провожаю ее до выхода и запираю дверь.

Нам хватает двадцати минут, чтобы собраться и выйти.

С волос Рэйвен капает вода, и я больше чем уверен, что на ней треники Ройса и моя толстовка, но ей абсолютно пофигу.

Она стягивает с головы Кэпа его очки и надевает их, откидываясь на спинку сиденья.

Кэп останавливается по пути, и все берут то, что обычно, но Рэйвен едва притрагивается к своему кленовому батончику и отдает его Ройсу, а потом мы едем в школу.

Только когда мотор перестает гудеть и мы уже сидим в машине на парковке, Рэйвен начинает говорить, признавая то, о чем нам недавно стало известно.

– Некоторые уже знают. Они слышали на складах.

– Они побоятся слишком громко сплетничать об этом, – говорит ей Ройс.

– Кто тебе сказал? – я спрашиваю Рэйвен. – Это был наш отец?

Уголок ее рта слегка приподнимается, и она крутит головой:

– Это был тот же человек, который сообщил вам, я уверена.

– Проклятье, – шепчет Ройс, а Кэп разворачивается на своем сиденье.

– К тебе подходил Донли, – рычу я, глядя на нее. – Когда?

– После игры.

Я снимаю с ее головы очки, и она, секунду поколебавшись, поднимает на меня глаза. Ее взгляд напряжен, но она не сводит его с меня, и я начинаю нервничать.

Прошлой ночью она взбесилась, слетела с катушек…

– Рэйвен, что, блин, произошло?

– Я чувствую себя дерьмово, и этот разговор не будет быстрым.

– Детка.

Одна из ее ладоней скользит по моей, а второй она заставляет меня приблизить мое лицо к своему.

– Я скоро приду, – вдруг заявляет Кэп. Ройс выходит из машины вслед за ним.

Рэйвен не сводит с меня глаз, и они увлажняются, но она тут же смаргивает слезы.

Она что, сейчас чуть не расплакалась?

– Я в порядке, здоровяк. Мы поговорим об этом вечером, я обещаю.

– Нет. И прекрати, мать твою, повторять, что ты в порядке. Я хочу знать прямо сейчас. – Я впериваю в нее взгляд, не в силах сдержать свою ярость. – Он обидел тебя? Он, мать его, трогал тебя?

Она грустно улыбается.

– В его визите не было ничего сексуального, – отвечает она, и моя голова дергается назад.

– И что, на хрен, это значит?

– Ему помогла Виенна. Она выманила меня на улицу и вколола снотворное.

– Ты что, блин, шутишь? – Я придвигаюсь ближе, чтобы посмотреть ей в лицо. – И ты не рассказала нам обо всем этом дерьме вчера?

– Дальше еще хуже…"

"– Хуже?! – перебивает он меня, крича.

– С ним был доктор, – она на мгновение умолкает. – Он хотел знать, девственница ли я.