Недотрога, или космический круиз для землянки (СИ)

Вы так развлекаетесь, мили Ларин? Я положу этому конец, — его губы сжались в твердую линию.

Не успела я возразить, как он протянул руку, обхватил мое запястье и поднял его на уровень глаз.

— Активируйте мару, и больше не провоцируйте мой экипаж, мили Ларин. Иначе…

— Что иначе? — пискнула я, уж больно лицо у него сделалось страшное.

— Иначе, — он хищно улыбнулся. — Иначе вы сможете оценить все нюансы знакомства со мной без вашего феламина. Полагаю, еще пара дней и его действие закончится. Тогда у вас не получится больше играть в ваши игры, мили.

— Понятно, — облизнула пересохшие губы. Я следила словно загипнотизированная за его пальцами, что приближались к моему лицу. Они невесомо провели по виску, щеке, убрали за ухо выбившуюся розовую прядку, провели по губам. По телу словно электрический ток пробежал. Все волоски встали дыбом.

— И не надо будет больше притворяться, что тебе нравятся мои прикосновения. Да, Теона? — внезапно ошеломил меня он.

Я заглянула в его глаза.

— Я не притворялась, — услышала свой хриплый шепот. Тело, влекомое неведомой силой, сделало шаг вперед. Моя ладонь легла на твердую мужскую грудь.

— Что и даже это нравилось? — темная бровь изогнулась в насмешливом удивлении. Но глаза продолжали прожигать меня с голодным желанием. Он медленно склонился к моей шее и провел носом от ушной раковины до ключиц. Касание горячих мужских губ, резкое, как ожог.

Что я творю?! Что он творит?

— Нравится? — жарко выдохнул он мне в ухо.

Я задрожала мелкой дрожью от непонятной волны желания прокатившейся по телу. Внутренности словно в кипяток окунули. Мне стало горячо, горячо везде, но отстраниться от источника этого жара совсем не хотелось.

«Ммм… А Вадик гад, меня так никогда не обнимал» — мелькнуло на границе сознания.

И вдруг все внезапно прекратилось. Капитан резко отодвинулся и отпустил меня.

Да я и сама отшатнулась, заметив каким яростным гневом горят его глаза.

— Больше никаких провокаций с вашей стороны, мили Ларин. Подумайте о своей безопасности, — холодным приказным тоном произнес он.

На лице ледяная маска и в глазах лед. Вот это превращение.