Не твоя семья (СИ)

Я категорически не сажусь за руль под градусом, но я выпил всего полбокала сухого белого, выветрилось давно.

Махнул в Метрополь. Там проверенная мужская братия всех чинов и регалий играла в покер в приятной обстановке. Ну и элитные эскортницы в достатке: пальцами щелкнул, и любая твоя — с сиськами и письками всех размеров и цветов.

Бросил машину в переулке, на диком адреналине ринулся в отель. Ветер швырнул в лицо пригоршню дождевых капель. Еще и погода испортилась! Швейцар уже распахнул дверь, а я застыл, зло щурясь на призывный полумрак.

Если я зайду — легче станет? Я задумался. Нет, конечно! Я ведь не просто хочу секса. Я хочу свою жену! Вот эту дикую красивую стерву, которая смеялась мне в лицо! Даже если мне полк из телок даст в самое горло — зуд не унять, он другой женщиной запущен.

Ох, Ангелина… Ты ведь не была такой жестокой. И такой сногсшибательно сексуальной. Моя маленькая восторженная жена была нежной, отзывчивой, ведомой любовницей. Я был первым. Был ее учителем. Сейчас не знаю… Совсем другая.

Может, теперь мне пора поучиться у нее?

— Гадство! — словно битое стекло выплюнул. Я ревную, да! К ее прошлому без меня ревную! К настоящему, в которое она не пускает! И будущему, которое видит без меня! Трындец.

Домой приехал все в том же запале: очень хотелось в спальню к жене, но вместо этого отправился в гараж. Нашел садовый инвентарь и схватил лопату. Копать буду. У меня до сих пор стоит, будто виагры принял. Мне-то без надобности допинг, но об эффекте наслышан.

Мне вообще сейчас моим болтом даже сваи забивать можно (жаль, что не строитель), но я копал. Долго копал. Все, перекопал нахрен!"

"В понедельник к обеду подъехал в министерство здравоохранения. У меня везде были хорошие знакомые, и в правовом департаменте тоже. Руслан Арский заведовал контролем за медицинскими организациями: его департамент рассматривал жалобы и проводил медицинский аудит.

— Рус, дело есть. Вопрос сложный и конфиденциальный. По твоей части. В долгу не останусь.

— Да ладно, Викторович, сочтемся, — усмехнулся и подозвал официантку. Мы с Арским примерно в одной возрастной категории, но он настолько в системе, что по имени уже не обращался даже к товарищам — только отчество. — Милая Сонечка, принеси-ка нам по пятьдесят, хотя нет, пятьдесят не оросит, по сто коньячку «Courvoisier Tribute».

Но женские имена, как и названия элитного алкоголя — в четыре утра с бодуна назвать мог!

— За коньяк ты платишь, — заявил серьезно.