Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ)

Не верится, в голове не укладывается, как романтичные и нежные отношения могли перерасти в бесконечную ненависть?

— Мама, ты меня разлюбила? — серые глаза дочери внимательно следят за мной.

— Стефонька, я тебя очень сильно люблю, — нервно сглатываю ком, замечая, что в серых льдистых только холод и недоверие.

— Тогда ты должна жить со мной!!

— Милая, это невозможно. Мы с твоим папой в разводе.

— Ну так снова поженитесь! Папа не против. Говорит, если ты извинишься и попросит, он подумает и простит!

Что?!.. Меня кроют эмоции и гнев на Петрова.

Муж следит за мной и моими реакциями. В наш диалог вплетается его противный голос.

— Переезжай к нам. Нечего тебе жить одной. Достойные женщины одинокими не бывают!

Тебе ли судить, какими бывают одинокие женщины?! Это их выбор, и недостойные мужики им точно не указ! Сами разберутся как жить.

Вроде как заботливый голос мужа звучит отчужденно.

Слишком хорошо его изучила, понимаю, он что-то выгадывает.

В голове формируются мысли, а Иван улавливает их и опережает меня:

— Или у тебя появился мужик?..

— О чем ты? — стараюсь казаться безразличной.

— О твоем соседе, — цедит тихо, и желваки играют на его лице.

Вдох-выдох. Выравниваю дыхание. Пытаюсь угомонить учащенно бьющееся сердечко. Очень хочется крикнуть: — пошел ты! Не твоего ума дело!

Но при дочери не могу. Стефа сидит напротив меня как застывшая куколка в ожидании моего решения.

Успокаиваю закипевший мозг.

"Выныриваю из своей скорлупы, вскидываю взгляд на бывшего мужа. Смотрю отстраненно. На моих губах расцветает наглая улыбка.

— Петров, у меня появилась большая сумма денег.

— Сестра дала? — Его глаза загораются. — Ты наконец-то забрала свою долю наследства?

— Нет! Прекрасно знаешь, я виновата косвенно в смерти отца — в его инфаркте. Кстати, ты виновен не меньше меня!

— С больной головы на здоровую не перекладывай, пожалуйста, — огрызается мужчина.

— Всего лишь констатирую факт, — шепчу отчаянно.

— Бог с тобой, убогая. Виноват, так виноват. Что там насчет денег? Есть большая сумма денег. Меняемся? — сиплю я.

Прислушиваюсь к своим словам. Жутко. Мерзко. Иду ва-банк, блефую, выменивая дочь на деньги Воронцова.

— Деньги Воронцова? Твой любовник, — Петров грубо хватает за руку.

— Отпусти, — шиплю на него.