Не пара

И утром встали вот с такой же обезвоженной кожей, я покажу вам одно отличное средство. И вы наглядно сможете увидеть, что оно работает."

"Глядя в зеркало, прямо перед камерой я нанесла на одну половинку лица крем. Приблизила лицо к экрану. И отключила запись. Здесь потом будет монтаж и реклама. А пока полчасика, пока крем начнёт работать, можно потратить на звонки.

— Саш, есть новости? — набрала я своего директора и чуть не подпрыгнула от радости. — Что серьёзно? Удалось договориться с японцами? Да и срать тогда на этих ленивых евро-засранцев, что только похвалялись качеством сырья, а в итоге сорвали поставку.

Да, пусть юристы выбивают с них бабки и разрывают контракт. Мы с ними больше не будем работать, пусть хоть в три раза снижают цены… — я глянула на часы, потом в зеркало. — Саш, давай, увидимся в офисе.

— Ну что, дорогие мои, видите разницу? — наглядно демонстрировала я в камеру эффект «призрачного гриба» спарассиса. — Все мимические морщинки, что появились от обезвоживания разгладились. А ещё и полчаса не прошло.

А всё почему? Потому что… правильно! Бета-глюкан! Ну а я сейчас намажу вторую половину лица и сегодня ещё покажу вам как ни в коем случае нельзя наносить консилер. Скажу вам честно, я и сама совсем недавно так делала. «Да все так делают!» — скажите вы, но… оказывается не все.

Мои последние слова испортил звонок в дверь.

— Да твою же мать! — выругалась я, отключив камеру и поспешно домазав крем.

И, конечно, широко распахнула входную дверь.

— Привет! — он подпирал плечом дверной косяк.

— Камиль?! — застыла я.

Сердце пропустило удар.

Камиль!

Глава 5. Девчонка, которую отымели снова. Но этот раз она запомнила

Он сверлил меня взглядом исподлобья.

Просто пожирал глазами. И прежде чем я что-то успела сказать, дёрнул на себя и впился в губы.

Впился, подхватил на руки и пнул изнутри дверь. Та захлопнулась с громким стуком. Вот только я этого уже не слышала. Я слышала только его дыхание, жадное, горячее, шумное. Как упала на пол куртка. Как мы врезались в одну стену, что-то уронив по дороге.

Потом в другую, где я потеряла полотенце. Скрученные в узел влажные волосы рассыпались по плечам.

Его рука легла на грудь и сжала сосок сквозь тонкую ткань халата, когда он посадил меня на широкий подоконник в кухне.

Я не сняла, сорвала с него рубашку. И едва дождавшись, когда чёртов халат тоже окажется на полу, прижалась к горячей, рельефной, покрытой мягкими густыми волосами груди.

Его трясло от возбуждения. Меня трясло от его близости.