(Не) могу быть твоей, Дракон

Репутация вроде как не пострадает. Вот только… перед глазами всё ещё женский силуэт, скользнувший в полумраке коридора в дверь ректорской приёмной. Принять это всё от своего мужчины – одно, а от того, кому всё равно, с кем «скрашивать досуг»… А потом я буду «должна»?

– Да, удивительно, – выдавливаю неохотно. – Не ожидала от мадам Фецилии.

Лита нетерпеливо пританцовывает:

– Ну ты хоть посмотришь, какую одежду она тебе прислала?

Ох, Лита!

Качаю головой:

– Хочешь сказать, что письмо ты прочитала, а платья постеснялась разглядывать?

– Вот ещё, – простодушно отвечает Лита.

 – Я бы умерла от любопытства, дожидаясь тебя. Там такие ткани – просто волшебные. Даже странно. Думала, она тебе что-нибудь попроще пришлёт. К тому же я тебе помогла: развесила верхнюю одежду в твоей части шкафа. Можешь сказать спасибо.

– Спасибо, – киваю я.

То, что Лита бесцеремонно сунула нос и в письмо, и в мои вещи, меня немного напрягает. Но в доме мачехи у меня и не было ничего своего. Я привыкла. И всё же, всё же, всё же.

Нам пять лет учиться вместе и жить в одной комнате. Нужно будет подумать над тем, как оградить от неё хотя бы кусочек личного пространства.

– А что, есть не только верхняя? – спрашиваю я машинально.

– О! Там такое бельё! Мечта! – Лита восторженно закатывает глаза.

О боги! Она и туда нос сунула?

Открываю шкаф. На плечиках аккуратно развешены платья: алое, бирюзовое, небесно-голубое. Можно подумать, у меня тут, в академии, каждый вечер балы. Но есть и длинные домашние туники, а также короткие рубашки со штанами для тренировок.

А на полке – то, о чём говорила с придыханием Лита: несколько кружевных комплектов женского белья. Подцепляю пальцем полупрозрачный бюстгальтер. Мягкое ажурное кружево ласкает кожу. Надеюсь, это всё швея подбирала, и Рон этого не видел.

Мне становится жарко.

– В таких только на свидания ходить, – подтверждает мои нескромные мысли Лита, заглядывает через моё плечо. – Но там и для тренек есть.

Всё, хватит. Потом решу, что с этим делать. Захлопываю шкаф.

Если подруга ожидает от меня восторженных прыжков и хлопанья в ладоши, то ей придётся разочароваться.

Сдержанно улыбаюсь и скрываюсь в купальне.

Открываю кран и застываю, прислонившись лбом к прохладному зеркалу.

Какая-то часть меня хочет, наплевав на приличия, сгрести в охапку «шмотки» и снова наведаться в кабинет ректора. Чтобы вернуть? Или чтобы убедиться, что он один?

Но как я буду выглядеть?

Отвечаю сама себе: «Как ревнивая дура и истеричка».