(Не) могу быть твоей, Дракон

Вот так, с драконёнком, свесившим хвост и лапы, в одной руке и стопкой книг, упирающихся мне в живот, в другой, я и появляюсь перед Литой.

– Оу, ты так долго! – радостно восклицает она и без перерыва добавляет: – А у меня для тебя приятные новости. Ой, кто это у тебя?

– Пыф, – разбуженный малыш выпускает струйку дыма.

– Молчу, молчу, – шёпотом говорит Лита.

Она забирает у меня книги и не глядя кладёт их на тумбочку в изголовье моей кровати. А сама не отводит взгляд от чешуйчатой мелочи, которая уже снова прикрыла свои ярко-жёлтые глаза.

– Где ты его взяла? Фамильяров же только через неделю будут приручать. Как ты это всё обошла?

Взгляд подруги становится подозрительным.

– Я ничего не обходила, Ли, честно, – устало отвечаю я. – Он сам откуда-то взялся. И, знаешь, очень вовремя появляется каждый раз."

"Замолкаю, потому что о Роне говорить совсем не хочется, но Лита смотрит вопросительно, и я добавляю в продолжение дневного разговора:

– Когда ректор оказывается слишком близко, он меня защищает.

– Ого! – Лита с уважением глядит на спящего фамильяра. – А у меня новость для тебя, приятная. Вот, держи.

Она протягивает мне сложенный вчетверо лист бумаги. Недоверчиво разворачиваю.

– Так неожиданно! – восклицает Лита. – Получается, твоя мачеха не такая уж и плохая. А может, просто совесть заговорила?

Хмыкаю недоверчиво. Насчёт совести – это вряд ли.

Читаю кривые строчки. Почерк точно её, мадам Фецилии, а вот содержание письма повергает меня в шок.

– Оказывается, это она передала для тебя одежду, – тараторит Лита.

Ну да, это всё и написано в письме, начинающемся словами «милая деточка». Какие нежности, право слово.

Есть тут, в письме, и то, что мне полагается больше из наследства, оставленного моими родителями, и «если что-то понадобится, то в любой момент». Угу! Не припомню, чтобы она хоть раз о таком упоминала. Напротив, каждый раз тыкала носом, что я сижу на её шее. Ну и, разумеется, в письме ни слова о драконе, который меня увёз.

Всё понятно. Рон выполнил своё обещание.

Интересно, с каким зубовным скрежетом она это писала? Ясное дело, из своих денег «бедная» вдова не отдала ни монетки, но тот факт, что кто-то потратится на меня, прикрываясь её именем, и что ей от этого ничего не перепадёт, должен был испортить ей настроение.

Хочется смять фальшивое письмо и выбросить, но не при подруге. Позже. И не принять то, что прислал Рон, теперь сложнее.