Не единственная

— Садди! — радость встречи пробилась сквозь стыд и смущение.

Он замер в шаге от нее, остановленный взглядом охранника. В противном случае, подумалось Аньис, он схватил бы ее в охапку, обнял крепко-крепко, может быть, закружил… Худое лицо выражало волнение вперемешку с радостью, в рыжеватых волосах блестело солнце.

— Аньис… — казалось, парень не знал, что сказать, только смотрел на нее и не мог насмотреться. — Ты стала такая красивая…

— Спасибо, — улыбнулась Аньис. Карра и учитель Анти вбили ей в голову, что на любую похвалу мужчин нужно отвечать просто «спасибо» или «благодарю».

— Послушай, может быть, ты войдешь… — он снова с сомнением посмотрел на Кирри и указал на дверь мастерской, где обычно работал с отцом. — Мы можем поговорить?

Аньис вопросительно взглянула на Кирри. Тот недовольно перекатывал язык за щекой, и Аньис догадалась, что охраннику что-то не нравится, и он раздумывает, как поступить.

— Хорошо, идите, дети, — вдруг усмехнулся Кирри.

Вслед за Садди Аньис вошла в мастерскую, где иногда бывала в прежние времена. Вкусно пахло деревом и деревянными стружками. Новые стулья, которые мастерил сейчас Садди, еще не покрытые защитным лаком, стояли в центре комнаты. А в правом дальнем углу была навалена целая куча душистых опилок.

Аньис всегда нравилось бывать здесь. Особенно стружки, опилки и их запах… В детстве она запускала руки в пушистый ворох, пыталась лепить шарики, но деревянные пушинки рассыпались, не желая слипаться.

— Аньис, я… — Садди встал напротив нее. — Послушай, я хочу сказать…

Аньис вдруг поняла, что ушла в воспоминания и совершенно забыла о бывшем женихе. Да и все это время она совсем его не вспоминала. Только изредка думала о том, как стыдно было бы с ним встретиться.

— Да, Садди, — она подняла на него глаза и доброжелательно улыбнулась.

— Прости, — Садди вдруг порывисто сжал ее запястье. — Прости! Я не смог найти тебя тогда! Не смог защитить! Я бежал за каретой… Но я не смог…

Ну вот, подумалось Аньис, еще один. Сначала старший брат, потом Садди… Те, кто совсем не виноват, просят прощения. Ей захотелось обнять его, прижать к себе его голову.