Не единственная

А я… я привожу себя в порядок каждый раз, перед тем как прийти к тебе… Чтобы ты не видела моих ожогов и копоти на лице… Больно, что это ничего не стоит в твоих глазах!

Он пронзительно посмотрел на нее, и в пламенеющем янтарном море не было привычного вожделения. Только необъятная горечь. И Аньис вдруг тоже стало больно — за него. Тот, кто каждый день своей грудью прикрывает мир от адской напасти, достоин хотя бы разговора…

— Это все так, Эдор, — тихо сказала она, опустив глаза. — Но ты предал своего учителя. Ты заманил меня сюда и держишь взаперти… И при этом утверждаешь, что любишь меня.

И, наконец, ты стал пиратом, ты грабил и убивал людей…

Эдор грустно усмехнулся:

— Да, я продал Рональда в ад, чтобы получить тебя. Но я сохранил ему жизнь. Если мы победим в войне, он получит свободу. Я открыто разорвал с ним союз, и он не мой учитель уже давно… Так ли уж велико мое предательство? Да, я заманил тебя сюда. Но я ни разу не солгал тебе.

— Но ты подал все так, что я согласилась прийти к тебе! — со слезами на глазах произнесла Аньис.

Как когда-то с матерью, она ощущала, что еще немного, и начнет понимать и жалеть его. Ее доброе, искреннее сердце хотело утешения. А утешение даст лишь милосердие, лишь возможность обелить бывшего друга в своих глазах… — Разве это не обман? И после этого ты говоришь, что любишь меня…

Эдора передернуло, он сделал движение, словно хочет встать и подойти к ней. Но невидимая стена все так же удерживала его. Между ними всегда было то расстояние, которое определяла Аньис.

А она сидела как можно дальше от него — в другом углу комнаты. В начале она боялась, что стена рухнет, и ее снова ждет пламя. Но запрет был нерушим.

— Да, это обман, — признал Эдор, сев на стул. — Но разве у меня был другой вариант получить тебя? И ведь, Аньис… — ей показалось, что сейчас он зайдется слезами, но он лишь опустил голову ниже и смотрел на нее исподлобья. — Пойми… Твое присутствие для меня — это неизбывная боль… Я и сейчас наслаждаюсь, глядя на тебя, вдыхая твой запах, слыша твой голос.

Но одновременно с этим меня раздирает боль от невозможности быть с тобой. И все, что я могу — лишь говорить с тобой и надеяться, что ты ответишь… Я мучаю этим самого себя. Я мог бы жить вдали от тебя, сейчас я уже могу держать в узде свое … вожделение… Постепенно оно сошло бы на нет. Но я люблю тебя и хочу быть с тобой вместе всегда. А другого способа получить тебя у меня не было…

— Но ты чуть не сжег меня! Неужели тебе этого мало? — с надрывом спросила Аньис.