Не единственная

Просто беседовать, слушать его или рассказывать о своих задумках, к которым он относился с неизменным вниманием, словно они значили ничуть не меньше его государственных дел. Вместе рисовать эскизы, завтракать и обедать, игриво кормя друг друга кисло-сладкими ягодами пьяни. Совершать конные и пешие прогулки, кататься на корабле. Позировать ему…"

"За неделю он написал целых два ее портрета — один в саду, другой… в постели. Картина, изображавшая Аньис в полупрозрачном пеньюаре, расслабленную и томную, словно отдыхающую после визита любимого, в спальне и осталась.

Аньис стеснялась показывать ее кому-либо. Но ей нравилось вглядываться в собственное лицо под разметавшимися по подушке волосами и ощущать чувственную нежность, с которой это полотно написано.

Правда, однажды, когда он писал ее в саду, а она, как примерная модель, замерла и старалась даже не вертеть головой, ей стало грустно.

— Сейчас я нравлюсь тебе, ты жадно пишешь меня, — сказала она с печалью. — Но пройдет время, господин мой, я постарею, стану непривлекательной.

И тогда ты оставишь меня. Или будешь со мной из жалости… А я слишком слаба, чтобы из-за этого расстаться с тобой сейчас.

— Ты напрасно тревожишься об этом, — улыбнулся он и задумчиво положил мазок на полотно. Потом отложил кисть, подошел и сел рядом. — Аньис, магическая сила и кровь архоа продлят твою жизнь почти вдвое. Это немного утешает. Магия позволит сохранить внешнюю молодость и красоту тела на всю жизнь. Ты не будешь выглядеть на восемнадцать, но всегда останешься на вид младше сорока.

Единственное, чего не может магия — это дать тебе бессмертие или жизнь, такую долгую, как у меня или архоа. Тут я бессилен и мне придется пережить твой уход. Но и я слишком слаб, чтобы отказаться от тебя сейчас, — усмехнулся он.

— Или слишком силен для этого, — сказала Аньис, коснувшись его руки. А может быть, и стоило гореть ради того, чтобы теперь радовать любимого красотой и молодостью до самого конца.

Ради того, чтобы прожить дольше и разделить жизнь лучшего мужчины на свете.

Он действительно часто отлучался по делам, но каждое мгновение Аньис знала, что они вместе, что, пусть не рядом, но в мире есть ее любимый и любящий мужчина, который тоже думает о ней и стремится вернуться. Несовместимая пара оказалась на редкость гармоничной. Может быть, благодаря его любви и великодушию, с одной стороны, и ее преданности и безусловному принятию — с другой.