Не единственная

Хорошо, что коридор поворачивал лишь один раз, и заблудиться было сложно. Темные зевы камер мелькали по бокам, на мгновение выхваченные из общей тьмы голубым сиянием светильника. Вот она, лестница. Аньис остановилась на мгновение, чтобы перевести дух. Сердце колотилось так, что казалось, сейчас остановится. Все это было нереально, это просто не могло происходить с ней, так не бывает!

Собравшись с силами, она побежала вверх, один раз споткнулась и распласталась на ступеньках, чуть не покатившись вниз.

Она отошла подальше от темной ниши и остановилась успокоиться, прийти себя, осознать произошедшее. Хотелось вдохнуть прохладный ночной воздух, казалось, он унесет обескураживающие эмоции, и в голове прояснятся. Но что-то мешало ей дышать, давило на грудь.

Аньис коснулась груди рукой и нащупала прозрачный кулон да длинной цепочке, напрочь забытый.

Холодный воздух потоком устремился в легкие, побежал в голову, омыл сердце… Аньис выдохнула, как после ночного кошмара. Оказывается все время с того момента, как надела кулон, она была сама не своя, как будто в трансе. Ее странное бесстрашие, ее навязчивое желание приблизиться к Эдору, хоть любому понятно, что помочь одержимому или заболевшему магу, просто не в ее силах! Она не боялась его тогда, когда должна была бояться, не убегала, когда опасность была очевидна… Как будто что-то влекло подойти к нему, что-то управшее ее волей — незаметно, исподволь, подбрасывая поводы не уходить…"

"Она не поняла смысл того, что кричал Эдор, но это не было бредом больного человека, это было отчаяние дикого зверя.

Рассказать Тиарне, что в подземелье прячется то ли больной, то ли сошедший с ума, то ли просто разъяренный принц магов.? Та пошлет охрану за ним… А Эдор просто убьет их всех. Единственный, кто может справиться с ним, помочь ему и защитить от него других — господин Рональд.