( Не)чужая семья

— Я устала, хочу домой, — продолжила она.

— Я отвезу, — кивнул Дымов, всматриваясь в ее лицо, — когда тебе на следующий прием к врачу?

— Не твое дело!

— Я же все равно узнаю, — усмехнулся Дымов.

— Через неделю, — нехотя призналась Эми.

Костя кивнул. Лады, такой расклад его устраивает.

— Поехали, — принял решение Дымов, разжал руки и теперь придерживал Эмилию за талию.

Та не противилась. Косте вообще казалось, что девочке сложно сосредоточиться. Потому он вел ее через зал, по парковке, а после усадил на кресло в свою новую тачку.

Сам сел за руль, убедился, что машина с охраной двинулась следом. А спустя двадцать минут уже был готов к вопросу:

— Куда мы едем? Мой дом в другой стороне!

— Теперь у тебя другой дом, Эмилия. Ты живешь со мной. А про Орлова забудь.

— Какого черта?! Что ты сделал с Игорем?! — взвилась Эмилия.

***

— Жив твой Гарик, не парься, — не очень убедительно ответил Дымов.

Эми не верит ему. Ни капли. Ни единому слову.

Ей хочется взять что-то тяжелое и швырнуть в этого монстра.

Это все гормоны, да. Эми вообще никогда не стала бы драться, но сейчас ей хочется ударить живого человека.

Совсем некстати девушка вспомнила, что она уже причиняла Дымову вред. Пулевое ранение в груди — ее рук дело. И с каким-то больным удовлетворением Эми понимает, что повторила бы выстрел. Да, пусть мучается от боли! Он ее заслужил!

Эмилия молча переваривала эмоции. Ее разрывало от противоречивых чувств.

И на кой черт это животное ее поцеловало? Ему мало шлюх? Мало личных персональных помощниц?!

Эми знала, что в распоряжении Дымова были девушки, у которых крайне ограниченные обязанности: приносить кофе и развлекать шефа. Эми собственными глазами видела, как одна из таких девушек выплывала из кабинета Константина Ильича, чтобы его черти покусали!

— Куда ты меня везешь? — уже спокойнее спросила Эми.

— Я же уже ответил. Мы едем домой, — вскинув бровь, ответил Дымов.

— Ты псих, — опешила Эми.

Спокойный бизнес у него? Да он же дикарь! Он не переваривает ничего спокойного! Чертов тиран и деспот!

Эмилия и сама не заметила, как легкий истеричный смешок перерос в хохот. Это истерика, да. И девушка ничего не могла с собой поделать.

Вместе со смехом из груди вырывались и рыдания, слезы застилали взор.